Книга Спасенная Пришельцем, страница 122 – Аманда Майло

Можно было только предполагать, чем обладал этот маленький комок полу-дэндро.

К счастью — по крайней мере, на данный момент — там ничего не оказалось.

— Я даже не чувствую покалывания. Так бывает, когда клыки прячутся в десне, ожидая возможности вырваться на свободу. Только кармашки. Кто знает? Может, у него и вовсе не появятся клыки. Возможно, он даже не будет в состоянии вырабатывать яд. — Дохрэйн осторожно положил шаткую головку обратно на грудь Кэлли. — Из того, что я выяснил, он не должен производить яд еще как минимум один солнечный цикл.

— То есть, ты выяснил? — спросил я.

Грэйс протиснулась к нам, на ее лице, когда она посмотрела на Кэлли, расплылась одна из самых нежных улыбок, которую я когда-либо видел. И что еще более нехарактерно, она молчала.

Впрочем, Грэйс умудряласьненавязчиво молчать в течение последних часов, оказывая в основном безмолвную поддержку Кэлли.

Это удивило меня.

— Ничего такого, что не могло бы подождать, но вы оба захотите услышать подробности, — заявил Дохрэйн.

В его глазах появился отблеск жестокости, из-за чего мой хвост напряженно дернулся.

— Да. Мы захотим узнать подробности.

Затем мой взгляд вернулся к младенцу, уткнувшемуся носом в материнскую грудь.

На этот раз Кэлли направила его рот… и даже поощрила к кормлению.

* * *

КЭЛЛИ

Мое сердце екнуло, когда его большие, слегка расфокусированные глаза посмотрели на меня.

Они были ласковыми. И такими яркими. А зрачки большие и круглые, слава Богу, не такие, как у них.

Не совсем человеческие, но… какие-то… идеальные.

И этот запах! «Никакой гнили».

Никакой смерти.

«Ничего змеиного».

Просто чистый, сладко-пахнущий ребенок.

Я хотела зарыться носом в его волосы, желание поцеловать его головку переполняло меня.

Поэтому я поддалась порыву.

И прижалась губами к его… чешуе.

«Задеон стал моей экспозиционной терапией».Маленькие чешуйки были едва заметныдля меня… и они не вызывали отвращения или ужаса, которого я так боялась.

Вблизи я заметила, что его чешуя была покрыта темными пятнами. Почти черными. Немного блестящими… а не тусклыми, которые все еще преследовали меня в ночных кошмарах. Нет, не такими.

Он не такой!

Когда я помогла ему взять сосок, то, наконец, поверила в это.

Малыш не был их точной копией. Он не они. Это маленькое существо полностью принадлежало самому себе.

Я исследовала его кожу нежными касаниями. Когда он высох, на его головке появился пушок.

Грэйс наклонилась, чтобы рассмотреть его вместе со мной.

— На его головке рыжие волоски или пушок? Боже, он такой крошечный.

— Это волоски. У него будут волосы, — объяснила я.

Мой голос был хриплым от волнения.

От облегчения.

«Он не они».

Он мой.

Гигантская рука Задеона опустилась на малыша, накрывая его от плеч до крошечных ступней.

Он наш.

Я напряглась, когда почувствовала, как его язык раздвоился и уперся в нижнюю часть моего соска.

У него был раздвоенный язык.

«Это нормально, это нормально, это нормально…»

— Скажи, когда ты снова проголодаешься, хорошо? — пробормотала Грэйс и выпрямилась. В одной руке она сжимала небольшую сумку, а в другой — странную на вид палочку.

Я наклонила голову.

— А знаешь, что? Я.… вроде как умираю с голоду. Я могла бы заснуть возле тарелки, но все равно продолжать есть.

Грэйс усмехнулась.

— Я надеялась, что ты это скажешь, — произнесла она.