Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 15 – Инна Дворцова

А главное, же, что, кроме монахов в этой стране никто библию не читал. Она находилась под грифом «совершенно секретно», поэтому и возразить ему никто не сможет.

За моим взглядом проследил Робин Гуд.

— Кто это с тобой пришёл Том? — допытывается он, — Ты случаем не из монастыря сбежал?

Мне надоело сдерживаться, и я решила пошутить:

— Ага, сбежал из женского монастыряи прямиком в Шервудский лес, чтоб монашки не догнали, — поляну накрыл такой гогот, что болельщики на стадионах умерли бы от зависти. — А если и догонят, тут есть кому с ними разобраться. Правда, ребята?

Ребята не подкачали и стали делиться навыками общения с монашками и не только с ними. Общие шутки сближают, и я уже не просто Том, а товарищ по общему разговору.

— А это кто? — продолжает допытываться Робин, — Та монашка, которая тебя всё-таки догнала?

И снова приступ гомерического хохота. Я тоже посмеялась. Не надо отставать от коллектива.

В Средневековье ценились простые шутки как среди рыцарей, так и среди народа. Сарказм и ирония были не в чести. Как никогда была актуальна поговорка «Будь проще и люди к тебе потянутся». Но, только, разумеется, среди своей социальной прослойки.

— Брат Тук иди к нам, — позвала я своего напарника по приключениям. Монах спешно засунул кусок в рот и засеменил к нам.

— Брат Тук фигура довольно известная, — намекала я Робину, что его он точно должен знать. — И шёл он к тебе.

— Правильно делал. Мы любим проверить котомки монахов и помочь им поститься, — смеётся Робин.

Но проверив котомку брата Тука, Робин разочарованно скривился. Монах сожрал всё, что у него было, что ли? Как я заметила, котомка была довольно большая. Не мог же он столько съесть, ему же плохо будет.

— Брат Тук виртуозно владеет дубиной, Робин, — продолжала я свою предвыборную агитацию.

— Кого ещё ты притащил мне, Том? — у Робина заканчивается терпение. — Я должен, по-твоему, всех подряд принимать в своё братство?

Я поняла, что вместо брата Тука, которого должен был взять Робин в свою ватагу головорезов, он взял меня. И я как бы виновата, что карьера монаха не складывается. Он не войдёт в историю.

— Я не настаиваю. Дело твоё, Робин. Но ты отказываешься от ценного приобретения, — сделала последнюю попытку убедить его. — Большой, сильный…

— Толстый, прожорливый и жадный, — закончил за меня разбойник. — Разговор окончен, Том. Выбирай: остаёшься с нами или убираешься вместе с монахом подальше от Шервудского леса.

— Прости, брат Тук, но мы с тобой слишком мало знакомы, чтобы я выбрал тебя.

Чувство вины подняло голову и начало давить на совесть. Я обратилась к здравому смыслу. Если здесь всё идёт не так, как в нашем мире, значит,и монаха в банде быть не должно.

Не успела я договориться с совестью, как над поляной раздался свист, и разбойники начали организованно выступать к дороге. Я заметила, что ушли не все, а определённая часть. Я сделала вывод, что отряд поделён на группы и они, по всей видимости, по очереди несут дежурство у дороги.

Я опять стала оглядываться. Может здесь есть где приготовить пищу. Мне хочется не просто есть, а жрать. Желудок подвело от голода. Я без еды вторые сутки.

— У вас еда есть? — краснея спросила я. — Второй день без еды.

Робин осматривает меня с ног до головы и выдаёт:

— Вот ты нам сейчас и приготовишь, — и, наклонив голову набок, он смотрел, сдамся я или нет.