Книга Миссия некроманта: отбери принцессу!, страница 14 – Екатерина Скибинских

— И какую эмоцию он в таком случае испытывает сейчас?

— Мне почем знать? У каждого шуршуна своя линейка цветов. Так что наблюдай, сопоставляй… О, и кстати, не факт, что такая реакция на его эмоции, а не на твои. Посмотри сама магическим зрением — у него привязка на твою ауру, — добавил Эрик.

Мысленно зарядив себе подзатыльник, что сама не додумалась это сделать, я послушно принялась всматриваться в ауру зверька. И с трудом удержалась от присвистывания: такой мешанины жизненных и магических потоков я еще никогда не видела. Это что вообще такое и как возможно⁈

— Их вывели магически во времена последней гражданской войны, до воцарения императора. Ни одно королевство не признало свое авторство. Особенно когда выяснилось, что при их создании допустили ошибку и непривязанные шуршуны весьма агрессивны ко всем разумным и стремятся к их истреблению…

— Но-но, без паники. Этот привязан. Сама же видишь печать на ауре, — правильно интерпретировал некромант мое выражение лица.

— Вижу, — признала со вздохом. В первый момент еще успела удивиться, зачем такая мощная печать, к тому же завязанная на основном жизненном потоке.

— Твоя магия как раз и стабилизирует его. Но даже если ты в какой-то момент опустошишь свой резерв подчистую, он спокойненько сможет питаться твоими эмоциями, оставаясь таким же адекватным и милым.

Я с сомнением покосилась на этого «милого», но промолчала. Тем более что тот действительно вел себя спокойно, заинтересованно глядя на сменяющиеся пейзажи за окном. Осторожно коснувшись его шерстки, оценила,насколько она мягкая. Если не думать о прилагающемся к ней наборе когтей и зубов, зверь в самом деле был достаточно милым. Задумавшись, я погладила его, на что шуршун с готовностью перевернулся на спинку и подставил для почесывания такое же пушистое упитанное пузико. На моих губах невольно появилась улыбка.

— В чемодане был только он? — поинтересовалась я тем временем. Все же зверек был значительно меньше своей «упаковки».

— Подозреваю, там было много всего, но остался только шуршун. — Эрик продемонстрировал мне пустой чемодан, у которого была сгрызена вся подкладка. Включая встроенные артефакты, обеспечивающие сохранность и свежесть вещей в любых условиях перевозки.

— Выведен во время войны, говоришь… Какие еще особенности за ним числятся?

— Шуршун обладает удивительным обонянием, способным находить любые предметы, даже если они спрятаны. Правда, в основном съедобные. Хотя в его случае понятие «съедобное» весьма расплывчато, — прокомментировал друг, покосившись на изгрызенное нутро чемодана. — Очень гибкий. Способен протиснуться в щель, намного меньше его по ширине. О, и самое главное: взрослые особи обладают навыком невидимости.

— А моя особь не взрослая?

— Думаю, нет. Иначе отгрыз бы мне руку, а так только прокусил до кости, — чересчур жизнерадостным тоном поделился со мной Эрик. И в подтверждение своих слов ткнул мне под нос руку, украшенную точечками шрамов, которые остались после исцеляющего заклинания. Их убрать теперь сможет только профессиональный целитель.

— Чудесно. Ладно, добивай, в чем еще подвох? — вздохнула я, смиряясь, что теперь я хозяйка этого чуда… или, точнее сказать, чудовища?

Оно сонно зевнуло и, свернувшись в клубочек, уснуло. По его шерсти снова прошла волна, и цвет сменился на серебристо-белый. Я же испытала к малышу щемящую нежность. Интересно, это я от Эрика заразилась или ментальная привязка действует в обе стороны? Я не исключала того, что верны оба варианта.