Книга Ван Хельсинг, страница 26 – Таня Лаева

Эти мысли терзали мою душу, потому что все складывалось так, что он все-таки убил их. После тех событий, после смерти дочери, он исчез и вернулся лишь через пару лет с новой женой египтянкой и маленьким сыном. Тогда он и основал армию «Истребителей».

Будто чувствуя мое волнение и дрожь, дед вскочил с места и кинулся к полкам, вываливая их содержимое на стол.

– Этого не будет! – разговаривал он со свитками, вырванными страницами и какими-то манускриптами, – Я не позволю! Мне нужна помощь! Прямо сейчас! Но ведь никто… никто не поверит мне.

В поисках чего-то судьбоносного Ван Хельсинг разбрасывал бумаги, и молочного цвета листки медленно кружили и падали на деревянный пол, выкрашенный темно-бордовой краской.

– Вот оно!

Вскрикнул он и ткнул пальцем в таинственное изображение и надпись под ним.

– Магическая скрижаль… – прочитала я вслух.

– Я знаю, ты здесь, – вдруг произнес он, а я подпрыгнула от неожиданности – Ты ведь видишь меня и слышишь, мой потомок?

– Матерь Божья! – я начала пятиться к салатовой стене с немного ободранными кошкой обоями.

Абрахам шел по моему следу, но смотрел сквозь.

– Я спасу тебя любой ценой, пока не знаю как, но я обязательно расскажу тебе. Я найду способ. Я спрячу эту тайну только для тебя, – я начала понимать его монолог, он обращался ко мне, – Последнюю часть я запру в логове врага, из-за которого сегодня произойдет убийство.

Дед подбежал к вешалке и набросил на себя огромный плащ, что скрыл его намерения и горе.

– Я надеюсь, что ты сможешь дойти до конца и открыть всем глаза на правду. Найди все ключи и подсказки, потому что я спрячу их очень хорошо.

– Дедушка…

Я не сдержалась от переполнявших меня эмоций и обняла его плечи, поникшие от отчаяния. И на секунду мне показалось, что я чувствую его тепло.

– Прости, что сомневалась в тебе, дедушка.

Я отстранилась и сделала шаг назад, замерев в ожидании.

Ван Хельсинг решительно оглядел комнату и быстро ушел, бросив в дверях напоследок.

– Моя душа не успокоится, пока ты не найдешь окончательный ответ и не освободишь меня. Только тогда я смогу умереть. Вот цена спасения. Удачи, моя девочка. Спаси меня и всех нас.

Мое сознание снова погрузилось в густой плотный туман, и последняя реплика сразила меня наповал.

Он сказал "моя девочка"… Ван Хельсинг получил только одного наследника, и я первая "женщина" охотник. Не Мартин был первым Ликаном, а Мария… она выжила, черт возьми! Во мне течет волчья кровь, кровь Сильвера Грея! А в скрижалях заключено не сердце Ликаона, а сердце моего дедушки, Абрахама Ван Хельсинга.

Фердинанд.

Дорога домой была долгой, мрачной и молчаливой… просто ни у кого не было слов. То, что рассказала нам Клодия перечеркивало все то, во что мы верили столько лет. Я никогда не сомневался в подлости Совета, но тот факт, что они устроили эту войну и убивали нас чужими руками, окончательно разбил все надежды на лучшее прошлое.

Теперь мы точно знали, кто был первым убийцей. Смерть Ван Хельсинга ничего не исправила и не значила, потому что не он виновен в том, что происходит сегодня. Ни он, ни Сильвер… и никто из нас.

Нас встретила белая вьюга и ледяной ветер. Будто сама природа бунтовала вместе с нами. Мы вернулись в наш заснеженный город… в наш холодный бункер, и я должен был встретиться с отцом. Он был ключом к бессмертию той, что сегодня должна будет ответить за все то зло, что она вершила. А мы должны были обрести свободу.