Книга Пленница Повелителя Василисков, страница 74 – Эмили Гунн

- Да ладно тебе, было и было, - махнул он лапкой на мои переживания. – Главное выжила!

- Я бы не угодила в казематы, если бы не ты! – почувствовала, как кровь приливает к лицу от такой помощи. – Ты ж вообще никакой не фамильяр, так ведь?! – вскочила я, готовая разорвать гадюкообразного недоЛьва на пару туфлей из змеиной кожи.

Еще и Артефакт-визуализатор прихватила в качестве разделочного мачете, подняв на головой.

- Эй-эй, дамочка, поспокойнее, - попятился Лион к шкафу. – На данный момент я «есмь магическое животное. Следовательно, имею право, дарованное Вечным Солнцем, выступать твоим фамильяром. Как значится в древних скрижалях – связующим существом между иномирной нечистью и благородным племенем василисков», - процитировал он какую-то ересь из несуществующих более книг.

- Где ты его взяла?! – взревел вдруг за мной разгневанный Адиллатисс. – И что ты, во имя Солнца, собираешься сделать с Дланью Всевластия??

- С чем? – опустила я артефакт под свои похлопывающиеся от удивления реснички. – Моя чудо-книжка и есть Длань?!

- Твоя? – пришел черед Адиллатисса изумляться.

Наменя наступало сразу полчище сексуальных фетишей:

Изящно выгнутая бровь над воспламеняющим взглядом зеленых глаз. Мускулы, призывно переливающиеся под обтягивающей торс плотной рубашкой. И тягучий запах темного шоколада, обещающий расплавить меня и впитать в себя.

Завидев тянущуюся ко мне внушительную руку василиска, я на автомате завела Длань Власти за спину. А так как штука была весомой, пришлось и вторую руку присоединить к первой.

Тут-то я и попалась, потому что ладонь Адиллатисса явно была натренирована хватать мои выпуклости. Да и вогнутости за компанию. А не тяжеленные артефакты.

- Откуда у тебя Длань? – мягкой удавкой сомкнулись его пальцы на моем горле.

- Взяла в спальне Тагитига, - решила я, что лучшее оправдание это истина.

Однако оказалось названное правило не всегда срабатывает так, как ожидалось.

- Тагит… Шшссс…. Каково Тысячезубого Червя ты делала в его покоях?! – побагровел василиск, сильнее сдавливая мою кожу пальцами.

Адиллатисс.

Сразу по возвращении во Дворец. Гораздо раньше описанных выше событий:

- Объяснись, - велел Адиллатисс другу, неловко присевшему на край предложенного дивана.

"Чувствует вину", - определил правитель.

Обычно Амто не страдал скованностью в присутствии своего повелителя. Адиллатисс никогда не подчеркивал своего положения, общаясь с близким кругом. Не унижал, не злоупотреблял властью, не давал повода для зависти или ненависти. Как ему казалось…

- Она умирала, - просто ответил Амто. – Я не видел препятствий.

"Пытается держаться уверенно", - призвал Адиллатисс всё своё хладнокровие, чтобы не сорваться. Даже мысли стали обрывочными. Чеканными.

Однако, если поступок друга он еще мог разбирать бесстрастно, руководствуясь лишь традициями империи, то слова о состоянии девчонки основательно потрясли выдержку.

С Лизой что-то случилось? – сжало грудь непривычным беспокойством. – Она была больна? На нее напали?

Но поймав изумленный взгляд друга, Адиллатисс вновь сумел напустить на лицо безразличие. Императоры не пекутся о здоровье своих игрушек. Если девка больна, то она не подходит на роль личный наложницы повелителя.

Это ли пытался сказать Амтомас? Так себе оправдание. Но был еще один закон, древний. Если василиск не может защитить своё, то ничего не мешает другому забрать пострадавшую собственность себе. Будь то драгоценность, конь, дом или даже женщина.