Книга Наследник для зверя, страница 34 – Анна Владимирова

Кажется, я сказала не то, что она хотела услышать. Меж ее бровей залегла тревожная складка, черты лица заострились, а глаза будто потухли:

— Ладно. Хочешь, поеду с тобой к нему? Помогу устроиться…

— Мам, нет, — выдохнула я. — Мне невыносимо захочется с тобой и уехать… Давай я останусь взрослой, ладно?

Не знаю, откуда взялись силы улыбнуться. Но внутри вдруг все успокоилось — я приняла решение принять ход событий.

И только тут спохватилась, что надо маму как-то успокоить:

— Слушай, а он даже ничего. Не думала, что он возьмется сглаживать новости после моего заявления. А еще он в суде…

Говорить стало тяжело — зря я начала это вспоминать.

— Что? — насторожилась мама.

— Ну он… я думала, он меня там раздавит, — посмотрела ей в глаза, а сама видела перед собой взгляд прокурора и чувствовала дрожащие пальцы на щеке. — А он… спрятал.

Я думала, что вру ей сейчас. Но маме врать никогда не выходило. А она почему-то верила. Притянула меня к себе и обняла:

— Ладно… будь взрослой. Но если что — я всегда тебя жду.

— Да.

Мы взялись за руки и пошли к лифтам. Харт ждал, стоя у окна, и я снова поймала себя на том, что он меня завораживает.

— Мистер Харт, — позвала мама, и он тут же обернулся. — Мы с Донной поговорили, она сказала, что готова принять ваше предложение. Но я хотела бы дать понять, что одно ее слово — и я заберу ее.

Харт вскинул голову, свысока глянув на мою мать, потом перевел взгляд на меня:

— Я вас понял.

И все. Никаких заверений или обещаний, которых не сможет выполнить.

* * *

Из клиники мы уехали на другом автомобиле — изворотливом и дерзком, более подходящем прокурору. И, конечно, Харт вел сам. Когда мы въехали в тоннель, я схватилась за ручку двери и влипла в сиденье, раскрыв в страхе глаза.

— Не любишь скорость?

Я только мотнула головой, и он тут же перестроился в соседний ряд:

— А так?

— Ты правда собираешься под меня подстраиваться? — повернула к нему голову.

Не ожидала, что в новую жизнь меня потащат на такой скорости и в такой машине. Думала, что это будет похоронная процессия на его пафосной рабочей тачке, чтобы все успели потыкать пальцем в идиотку-неудачницу, не разглядевшую своего счастья.

— Я собираюсь попробовать, — серьезно ответил он. — Тебе не нравится?

— Это нервирует, — отвернулась я на дорогу.

— Почему?

— Ты обещал запереть меня в камере, если не сдамся тебе. И был уверен, что ума у меня не хватит тебе противостоять.

— Мне хотелось тогда тебя запереть — да, — усмехнулся он хищно. Я уставилась на его профиль, но он не принял борьбу взглядов. — Да и сейчас хочется.

— Что? — сузила я глаза.

Автомобиль как раз остановился, и красный рефлекс от светофора затанцевалзлостью в его глазах, когда он посмотрел на меня.

— Ты — моя зависимость. Сейчас. И меня это не устраивает.

— А меня-то как не устраивает! — Я утроилась так, чтобы видеть его. Думала, мы начали разговаривать. — Ты видел результаты своей экспертизы? Просто я не успела. Сегодня твой адвокат должен был предоставить их во время слушания.

— Видел, — помрачнел он.

— Мы не можем быть с тобой парой, Харт. Так не бывает.

Но он не ответил, зло сузив глаза. Разговор оказался коротким…

…Через двадцать минут езды по тоннелю шумный деловой центр с высотками остался позади, а впереди на фоне темнеющего неба показались черные силуэты гор.