Книга Палач Его Величества, страница 78 – Нелли Штерн

Тем же вечером мы с Мари покинули столицу. Небольшая заминка случилась лишь на конюшне, когда девушка наотрез отказалась брать одну из лошадей Канцелярии, настаивая на своем личном скакуне. Отправляться верхом на высшей нежити в эльфийские леса, признаться, было не самой лучшей идеей, но по-другому малышка не соглашалась. С другой стороны, именно остроухие попросили нас о помощи, значит и условия диктовать нам.

Мой Уголек поначалу шарахался от коня Мари, да и сама повелительница не внушала ему доверия. Мрак вполне оправдывал свою кличку. Черный, как ночь, с горящими фиолетовымивсполохами магии смерти глазами. Он впечатлял даже бывалых воинов, а уж обычных людей и вовсе заставлял осенять себя божественными знамениями в поисках защиты. Но эта нежить подчинялась Мари беспрекословно, а, значит, была не опасна для окружающих. Уголек это понял и совсем скоро перестал нервно реагировать на таких попутчиков. Ехали молча. Девушка, казалось, ушла в себя, сосредоточившись на каких-то своих мыслях, полностью положившись на Мрака, а тот уверенно держался за мной.

К ночи погода абсолютно испортилась. Если не остановимся на ночлег, наши лошади… хорошо, моя… рискует переломать ноги в такую метель. До приличного трактира еще довольно далеко. Придется остановиться в лесу.

– Мари! – воскликнул я, пытаясь перекричать завывающий ветер. – Заночуем здесь! – махнул рукой в сторону деревьев.

Девушка непонимающе заозиралась по сторонам.

– Мы не успеем добраться до постоялого двора, – пояснил для нее. Она безразлично кивнула и направила Мрака следом за мной.

Нам повезло найти крохотную полянку, где можно было установить магическую палатку. По такому случаю император расщедрился и распорядился выдать нам ее из своих личных запасов. Тут и греющий артефакт имелся, и защита от ветра и дождя.

Мари что-то шепнула своему питомцу, и он, всхрапнув, бесшумно исчез за деревьями.

– Будет охранять, – бросила она мне и скрылась внутри, затащив с собой седельные сумки и одеяло.

Привязав своего коня к ближайшему дереву, последовал за ней. Девушка уже постелила нам в разных концах палатки, но меня такое положение вещей абсолютно не устраивало, и я показательно придвинул ее одеяло к своему. Мари нахмурилась, не принимая подобную инициативу.

– Так будет теплее, – припечатал я, и она не стала возражать.

Мясо и картофель, что взял с собой из небольшого трактира на выезде из Райтона, все еще были теплыми, благодаря особому мешочку, в который уложил наш ужин. Порезал сочный ломоть на куски и предложил молчаливой повелительнице.

– Что с тобой, Мари? – участливо спросил ее.

– Воспоминания, – просто ответила она.

И что это значит? Какие еще воспоминания? Почему сейчас эта веселая малышка сама не своя?

Ответ в тот вечер я так и не получил. Закутавшись в одеяло, она вежливо пожелала мне спокойной ночи и отвернулась.

Мари Брандэт

Как рассказатьДарэлу о том, что со мной? Как объяснить ту боль и холод, что, кажется, навсегда поселились в груди? Вот уж не думала, что мне вновь предстоит встретить свой самый страшный кошмар наяву.

Крепко зажмурила глаза. Там, за пологом теплой палатки бушевала стихия, словно пытаясь отговорить меня от этого безрассудства! Она хрипло завывала: «Вернись!», – но я не могла. Деревья сердито скрипели мне: «Остановись, пока не поздно!», – уже поздно. Мое бедное сердце не склеить, не соединить. Я все еще баюкаю его осколки в тщетной надежде, что когда-нибудь явится тот, кто излечит мои раны своей любовью, настоящей любовью…