Книга Жемчужина боярского рода, страница 23 – Ива Лебедева

— Фто ты фобираефься фелать? — Губы Игорю уже свело действием нетопырьей слюны, поэтому вопрос прозвучал невнятно и немного смешно, будто боярыч нарочно по-детски коверкает произношение.

— О, вам понравится, — хмыкнула я. — А вот мне вряд ли…

И дальше не стала время тянуть, легла рядом с ним на траву, почти на него, зафиксировала его голову обеими руками и лизнула. Прямо в губы.

Ну а как еще? Это не я придумала, что слюну нетопыря можно нейтрализовать только слюной же, но человеческой. И самое важное — абсолютно, в ноль не магической. Ну еще там пара интересных условий есть. Человек должен быть противоположного пола, не обладать магией, не есть ничего магического минимум за неделю до облизывания, не пить ничего магического за три дня и так далее.

Короче говоря, все проводники этот метод знают с тех пор, как я нечаянно плюнула в товарища, когда мы только начинали наши вылазки в аномалию в качестве учеников.

А боярычи не знают, и поэтому Снежинский замычал, вытаращился и попробовал… Вот псих! Отвечать-то зачем? Неужели побочка уже вылезла? Вроде рано. Совсем рано!

— Лежите смирно, боярыч, если не хотите остаться с покореженным лицом. — Я перелегла прямо на него, чтобы зафиксировать покрепче. — Тьфу, до чего же вкус отвратный…

— Э-э-э… — шепотом сказал Орловский, глядя на это действо. — А что вы делаете?

— Тьфу… — Теперь я тщательно вылизывала Снежинскому шею и постоянно сплевывала отвратный привкус в траву. — Нейтрализую яд нетопыря!

— Но его же невозможно… — начал было Орловский, но его тут же дернул за рукав и что-то негромко сказал на ухо Олег.

Хм, этот мальчик осведомлен о внутренней кухне проводников? Мы не очень-то трепались о подобных вещах вне аномалии и узкого круга посвященных. А не родственник ли он Старлису, в миру Григорию Лисову, одному из наших отшельников-пенсионеров, на склоне лет ушедших в затворничество на особый хутор? Фамилии у них не зря похожие, только у Старлиса дворянский суффикс отрезан.

— Что, правда? — Моя догадка оказалась верна, Орловский теперь смотрел на «лечение» с живым интересом и не пытался помешать.

Зато Снежинский подо мной неожиданно заерзал сильнее. Поскольку я придерживала его пальцами за уши, то первая заметила, какие они стали горячие и красные. А я еще и лежала на нем, так что очень явственно ощутила подъем некоторых частей боярского тела. Оппа! Надо сказать ему, чтобы не смущался, это просто…

— А-а-а! Бесстыжая девка! Слезь с моего жениха!

Под крики Алисы разом очнулся Николай. И тоже попытался дернуться, видимо, хотел поддержать сестру. Слава богу, двое других боярычей не зевали: Лисовскому было достаточно чуть придержать кокон с кузиной, чтобы она не вымоталась. А Орловскому хватило одного взгляда, чтобы Николенька, начавший подниматься, осел обратно.

Увы, орать спеленутое положение Алисе не мешало, поэтому она открыла рот и обязательно разразилась бы еще одной порцией визгливых претензий. Но на этом моменте у меня лопнуло терпение.

Я в буквальном смысле плюнула на Снежинского, встала, прошагала до кокона и наотмашь влепила крикунье пару пощечин. Она сначала ошарашенно замолкла, подавившись криком, затем буквально побелела от злости и снова открыла рот. Я воспользовалась моментом и ловко вставила в него свернутую тряпку, прихваченную из чьего-то раскрытого рюкзака.