Книга Жемчужина боярского рода. Часть 2, страница 38 – Ива Лебедева

— Дочка! — воскликнуло самое внушительное препятствие, трагическим жестом перекидывая толстую русую косу на пышную грудь. — Доченька! Родная! Наконец-то!

— Сестренка! — чуть ли не хором воскликнули два других препятствия, помоложе и посубтильнее.

— Зар-р-раза… — вполголоса ругнулся Лис, видя, как к нам уже оборачиваются ближайшие любопытствующие в толпе. — Сударыни, вы ошиблись! Позвольте пройти!

Ага, щаз-з-з! Ни одна мымра даже на полшага не отступила! А уже знакомая мне Светлана и вовсе открыла рот, явно собираясь заголосить на весь храм.

— Тихо! — Я не выдержала и зашипела по-змеиному, осторожно освободила локоть из Милиных пальчиков и шагнула вплотную к ее матери. — Что за цирк вы здесь устроили⁈ Хотите видеть дочь — идите за нами молча! Иначе сейчас на нас накинется вся эта толпа, и разговора никакого точно не получится!

— Да кто ты така… — начала было выступление старшая из сестер, та самая, из-за которой и заварилась вся каша с проклятием богини и искупительной жертвой. Но на нее так дружно зашипели свои же, что Лика мгновенно заткнулась. И все семейство Оленских послушным гуськом засеменило вслед за нами в сторонустоянки экипажей.

— Эй! — Кажется, в толпе оказался кто-то не в меру сообразительный, проследил за встречающими и решил поднять шум. — Они уходят! Сударыни! Два слова для корреспондента «Вечерних новостей»!

Ой-ей… только репортеров нам здесь не хватало! И толпа начала оборачиваться на шум!

— Ходу! — скомандовал Лис, подхватил Милу с другой стороны и так втопил по дорожке, что мы с подругой только пискнули хором, болтаясь у него в кильватере. Смотреть, успевают ли за нами остальные, было некогда. Алешки бежали рядом, а больше меня никто и не волновал.

В экипаж мы набились словно сельди в бочку. Благо он оказался немаленьким. И все равно, мать и сестер Оленских с нами никто особо не приглашал, сами влезли. А парни не нашли в себе окаянства вытолкать женщин на дорогу. Хорошо хоть, весь клан за нами не ринулся, всякие тетки-бабки остались на растерзание толпе репортеров. Так им и надо, если подумать.

— Трогай! — выкрикнул Игорь, захлопывая дверцу экипажа прямо перед носом какого-то ушлого типа с магокамерой наперевес.

И то репортер успел щелкнуть пару кадров через стекло. Ну и флаг ему в камеру, все равно он ничего интересного не поймал, поскольку Мила так и куталась в платок, а кроме того, мы ее надежно заслонили от любопытных взглядов.

Сквозь стекло было видно, что к экипажу на всех парах спешат другие журналисты и просто любопытствующие. Орловскому пришлось резко, с визгом шин стартовать, чтобы нас не окружили, перекрывая все пути к бегству.

— Уф, — сказала я, когда мы отъехали на пару кварталов от опасного места. — Интересно, кто такой умный поделился новостью со всеми желающими? Откуда все эти люди узнали, что именно сегодня Мила выйдет из затвора? Сомневаюсь, что матушка настоятельница делилась этими сведениями с репортерами и зеваками!

И многозначительно посмотрела на стиснутых на заднем сиденье Оленских. А что? Эти могли не только проболтаться, но и попробовать устроить из события цирк с прицелом: посчитали, что Мила при наличии стольких зрителей не посмеет послать их лесом сразу, как увидит перед собой.