Книга Драконы Новы, страница 171 – Элис Кова

Колетта протянула один бокал. Петра нерешительно посмотрела на него, прежде чем принять. Но пить она не стала. Она не стала бы пить раньше Рю; она знала, что так будет лучше.

— Я не в состоянии. — Это была самая честная вещь, которую Петра сказала Рю за долгое время.

— Нет, не в состоянии, — согласилась Колетта. — По крайней мере, не по чести, не по закону Драконов.

— И меня никогда не признали бы Доно, если бы это не было сделано по законам Драконов. — Петра последовала за Колеттой к широкому окну, выходившему на простор листвы. Это было единственное окно, выходящее в сад.

Петра задалась вопросом, не отсюда ли взялся яд, убивший ее Дом. Ни одно из растений не было ей знакомо. Она даже не могла предположить, где половина из них росла.

— Я много лет сидела тихо, наблюдая, как Ивеун делает то, что хочет, — обратилась Колетта ни к кому конкретно. — Но ты все изменила, Петра. И у меня не осталось выбора, кроме как вступить в бой.

Петра наблюдала, как Рю поднесла бокал к губами сделала долгий глоток. Она выждала несколько вдохов, но ничего не произошло.

— Я начинаю думать, что у меня больше причин бояться тебя, чем Доно.

— Значит, ты настолько умна, насколько кажешься. — Колетта повернулась к Петре. — Я дам тебе один шанс, Петра. Уходи сейчас и оставайся Син’Оджи. Откажись от своей мечты стать Доно, поклянись в истинной верности, и я позволю Дому Син остаться таким, каким он был всегда.

Сама идея была нелепой, и Петра своим безудержным смехом убедила Колетту в этом.

— Ты не можешь угрожать ни мне, ни моему Дому, Колетта.

Глаз женщины дернулся от отсутствия титула.

— И я никогда не буду торговаться с Домом Рок. Не тогда, когда у меня на руках все карты.

Колетта тихонько хмыкнула и подняла свой бокал в свете оранжевого заката.

— Тогда за войну.

— За войну. — Петра звякнула своим бокалом о бокал Колетты и наконец-то выпила вместе с Рю.

Боковая дверь открылась, и появился Топанн с Финниром на буксире. Петра зарычала, тяжело опустив бокал на стол, как только увидела брата.

— Я объявляю поединок перед Рок'Рю за твою жизнь, Финнир.

— Под каким предлогом? — спросила Колетта, согласно сценарию.

— Действия против Дома. — Убийство Финнира должно было стать одним из главных преимуществ этой ночи. Когти Петры вырвались из ее пальцев.

— Я одобряю эту дуэль.

Финнир попытался рвануться к двери, как только Рю произнес эти слова. Топанн закрыл дверь и встал перед ней, не давая ему уйти.

Финнир умолял Колетту:

— Я все еще нужен Доно. — Ты не можешь позволить мне умереть вот так. Он этого не допустит!

— Посмотри на себя, Финнир, ты умоляешь Рок о своей жизни! — Петра плюнула ему под ноги. — Ты жалкий маленький трус.

Петра отдернула руку. С нее хватит общения с братом. Она готова была добраться до его сердца и покончить с ним раз и навсегда.

По ее телу пробежал холодок, быстрый и внезапный. Он пронесся по позвоночнику до желудка и хлынул изо рта в виде крови. Колени подкосились, легкие горели.

Петра вздрогнула и упала.

Нет. Это слово пронзило ее сознание. Колетта вошла в ее размытое поле зрения, нависнув над ней, как сам Владыка Смерти.

— Как? — зашипела Петра. Ничто не имело смысла. — Я… я Оджи.

— Ты думаешь, что титул защитит тебя, Петра, — обратилась к ней Колетта. — Это твой самыйбольшой недостаток. Ты придаешь столько значения титулам и званиям, что забываешь о том, что дает им силу — страхе.