Книга Извращенный Найт-Крик, страница 76 – Кей Си Кин

Мне едва удается задержать дыхание, прежде чем мы ныряем в озеро. Хантер мгновенно отпускает меня, и я отталкиваюсь ногами от дна, когда чья-то рука обвивается вокруг моей руки и вытаскивает меняна поверхность.

— Теперь я, блядь, насквозь промокла, — жалуюсь я больше себе, чем кому-либо другому.

Открыв глаза, я вытираю воду с лица и вижу, что Ксавье поддерживает меня. Даже при росте пяти футов семи дюймов я не совсем достигаю дна, но, к счастью, ему это удается с комфортом.

Смех заставляет меня оглянуться на причал и увидеть, что Лу-Лу и Чарли смотрят на нас сверху вниз, прежде чем взяться за руки и тоже прыгнуть в воду.

— Пушечное ядро! — кричит одна из них, прежде чем брызги воды попадают мне в лицо, когда я съеживаюсь в объятиях Ксавьера, дрожа от прохладной температуры озера, пока мое тело привыкает.

Оглядевшись, я вижу, что Хантер и Тобиас возятся в воде ближе к столу для пикника, где уровень воды не такой высокий, пытаясь, блядь, замочить друг друга. Руки Ксавьера сжимаются вокруг меня, пока я наблюдаю за ними с улыбкой на лице. Боже, нам нужно было время, чтобы побыть беззаботными и ни о чем не беспокоиться, и это чертовски безумно — видеть их такими.

Эти парни — засранцы, но это мои гребаные засранцы.

ИДЕН

Я не знаю, как долго мы оставались в воде, наша одежда прилипла к нам, но это весело, расслабляюще, и это дает мне передышку от беспокойства, которое росло во мне после инцидента в магазине.

Чарли откланялась первой, ей позвонил Арчи. Тот факт, что они могут разговаривать только по телефону, заставляет меня чувствовать себя неловко. Я ненавижу, что они сейчас на расстоянии из-за меня, но они оба, кажется, смирились с этим, даже если мне неудобно из-за того, как я влияю на жизни людей.

Ксавьер и Хантер вскоре выбрались наружу, ворча по поводу того, что их одежда прилипла к телу, в то время как Лу-Лу пожаловалась на морщинистую кожу, оставив в озере только Тобиаса и меня.

— О чем ты думаешь, Шарик? — Спрашивает Тобиас, обнимая меня сзади за талию и кладя подбородок мне на голову. Мои руки мгновенно скрещиваются на груди, чтобы сжать его бицепсы, когда я снова расслабляюсь в его объятиях.

— Честно говоря, все и ничего, — отвечаю я, вздыхая и закрывая глаза, пытаясь разобраться в своих мыслях.

— Могу я чем-нибудь помочь? — он спрашивает, и это заставляет меня улыбнуться. Он всегда спрашивает первым. Это напоминает мне о грубом обращении при нашей первой встрече. — Я мог бы просто выслушать и помочь тебе разобраться со всем, что у тебя на уме.

— Я была бы признательна тебе за это, — честно говорю я ему, откидывая голову назад и открывая глаза, чтобы посмотреть на него, и он кивает. Его шапка прочно натянута на голову, и его точеный пресс виден сквозь рябь воды, когда он оглядывает меня.

— Ты хочешь остаться в воде или обсохнуть? — Он гладит меня по щеке, не останавливаясь, пока не достигает ключицы, и от этого у меня мурашки бегут по коже.

— Можем ли мы выйти и, может быть, воспользоваться огромной ванной? — Я еще не успела в ней отмокнуть. День клонится к вечеру, медленно сгущаются тучи, и солнце уже не согревает меня так, как раньше, но мне нужно немного воды, чтобы привести себя в спокойное состояние.

— Все, что тебе нужно, Иден, — шепчет он мне на ухо, подталкивая к дому, и в ту секунду, когда мы выходим из воды, мы дрожим от холода.