Книга Извращенный Найт-Крик, страница 25 – Кей Си Кин

Его дерьмовая попытка угрожать нам ни к чему хорошему не приводит, потому что мы его не боимся. Не сейчас. Он слишком неосведомленный и не в курсе событий, чтобы понимать, что его слова ничего для нас не значат. Мы уже не те напуганные маленькие дети.

— Я его чертовски ненавижу, — выдавливает Тобиас в темноту, и мне знакомо это чувство. Я тоже ненавижу его, но поскольку это его настоящий родитель, уровень ненависти Тобиаса находится на другом уровне. Мои родители были людьми из низов, но теперь они мертвы, а я свободен. Бет отказывается вдаваться во все подробности того, насколько дьявольскими они были на самом деле, но я думаю, что это ее история, которую стоит рассказать.

Не прошло и двух минут, как дверь снова со щелчком открывается, и знакомый нам охранник без слов снова включает свет и оставляет дверь открытой для нас. Он даже не смотрит на нас в поисках одобрения, и я думаю, что он мог бы стать моим новым любимым охранником, поскольку он сделал то, о чем его просили, без единого слова протеста.

— Попробуй еще раз, Ксан, — говорит Тобиас, и я запускаю руки в волосы, отчаяние берет надо мной верх.

Знает ли Райан об Иден? О… ребенке? Это слово кажется странным дажев моем сознании. Знают ли Бетани и Арчи? Если это правда, а я знаю, что это так, то я молюсь Богу, чтобы она не проходила через это в одиночку. Беспокойство разрывает меня на части.

Что это вообще значит, если один из нас станет отцом ее ребенка?

Что это значит для того, чей он? И, что более важно, что это значит для двух других?

Готов ли кто-нибудь из нас вообще к этому?

Блядь. Мне нужно, чтобы Райан ответил на свой гребаный звонок, чтобы мы могли хотя бы разобраться в нашем дерьме. Нам нужно выбираться из этого места, и мне нужно увидеть ее, выслушать ее, и мне нужно это сейчас. Мы облажались ранее. Я могу признать это, но я не повторю ту же ошибку снова.

— Какого черта он не отвечает? — Снова спрашивает Ксавьер, отрывая меня от моих мыслей, когда он смотрит на телефон, как будто в нем есть ответы на все вопросы, но вместо этого мы сидим здесь ни с чем.

Раздается стук в дверь, и Тобиас зовет их войти. Сотрудник исправительного учреждения, который был несколько минут назад, выглядывает из-за двери с виноватым выражением лица и откашливается.

— Эй, у вас посетитель во второй комнате. Хотите, я провожу вас или вы хотите, чтобы я отклонил просьбу? — спрашивает он, и я вскакиваю со своего места еще до того, как он заканчивает говорить, а Тобиас и Ксавье тоже направляются к нему.

— Ты узнал имя? — Спрашивает Тобиас, выходя из камеры. Мы трое следуем за ним по пятам, пока охранник возится со своей идентификационной карточкой, которая одновременно служит дверным сканером. Во мне поднимается раздражение, ему нужно поторопиться, черт возьми.

— Э-э-э, нет. Мне просто сказали спуститься сюда и сказать, что там парень, который хочет вас видеть. Другой охранник сказал, что вы сняли запрет на посетителей, но я хотел убедиться, — бормочет он, ведя нас через две пары двойных дверей. Никто из нас не отвечает. Я сосредотачиваюсь на том факте, что он сказал — парень. Я бы хотел, чтобы это была Иден, но, пожалуйста, пусть это будет Райан. Я не смогу защитить Арчи, если он вернется. Маленький ублюдок.

В коридорах тихо, поскольку большинство заключенных сейчас в своих камерах. Я не пропустил тот факт, что он также сказал — вторая комната. Там нет стеклянных панелей. Это обычная комната со столом и стульями. Именно в этой комнате должна была находитьсяИден, чтобы она не могла просто уйти, ничего не объяснив.