Книга Искупление, страница 22 – Кей Си Кин

Не говоря ни слова, он проходит мимо меня задевая плечом, не сильно, скорее поскольку для него мало места, но он пожимает плечами, оставляя меня глазеть ему вслед, когда он останавливается в центре комнаты, прежде чем снова повернуться ко мне лицом. — Леди на стойке регистрации сказала мне, в каком номере ты остановилась, — небрежно заявляет он, как будто это не он только что приставил ей к голове гребаную мишень.

— Дама за стойкой регистрации. Ты что, издеваешься? Которая из них? — Я ворчу в ответ, желая убедиться, что заставлю ее заплатить за это дерьмо, но он почти застенчиво ухмыляется, прежде чем медленно развернуться на месте, чтобы осмотреть мою комнату.

— Это не имеет значения.

— Нет, это не так. Существуют действующие политики конфиденциальности, которые были нарушены этим дерьмом. Ты могбыть здесь, чтобы убить меня, а она просто собирается выдать эту информацию, — шиплю я, мои губы кривятся от разочарования. Он поворачивается ко мне лицом, его брови приподнимаются, когда он проводит языком по нижней губе.

Такому чертовски суровому мужчине, как этот, нельзя позволять выглядеть так чертовски соблазнительно, когда я злюсь. Должны быть законы, запрещающие это дерьмо.

— Может, и так, — бормочет он, сохраняя дистанцию между нами, не сводя с меня взгляда, и мне требуется мгновение, чтобы понять, на что он намекает.

— Конечно. Это мило, — говорю я, закатывая глаза, отмахиваясь от его комментария, как будто у меня внутри не скручивает от неуверенности. — Как насчет того, чтобы опустить любезности и перейти к той части, где ты объясняешь, что ты здесь делаешь. В последний раз, когда я с вами разговаривала, мы договорились о встрече втроем в "Ритце" в семь. — Я скрещиваю руки на груди, все еще стоя у открытой двери. Он не произносит ни слова, просто продолжает двигаться ко мне, медленно, расчетливо, как хищник, готовый полакомиться своей следующей едой. — Вито, что ты здесь делаешь? — Я спрашиваю снова, расстроенная тем, что приходится повторяться, но чем ближе он подходит, тем быстрее бьется мое сердце по совершенно другим причинам.

Если он здесь, чтобы убить меня, у него, блядь, получится, потому что, очевидно, я для него чертова дура. И для его братьев тоже.

— Это сложный вопрос, Ава, — тихо говорит он, останавливаясь передо мной. Вот так, лицом к лицу, тепло его тела окружает меня, когда он кладет руку мне на плечо. Я не понимаю, что он делает, пока не слышу звук закрывающейся за мной двери, который едва слышен из-за стука моего пульса в ушах.

Так. Блядь. Облажалась.

— Тогда упрости это для меня. — Гнев в моем тоне тает от его близости, когда моя грудь вздымается с каждым вздохом.

Он наклоняет голову из стороны в сторону, как будто рассматривает меня со всех сторон, пока, наконец, не заговаривает. — Что в тебе такого привлекательного, Bellissima?

Я хмурюсь в замешательстве от полной смены темы, когда он поднимает руку к моему подбородку, двумя пальцами откидывая мою голову назад, давая ему полный доступ заглянуть глубоко в мои глаза и прикоснуться к моей душе. — Прекрати пытаться сменить тему, — мне удается выдавить в ответ,но мой голос становится слабее, я отвлекаюсь, поглощенная им, и легкая усмешка на его лице говорит о том, что он тоже это знает.

Вито поддерживает зрительный контакт со мной, когда проводит большим пальцем по линии моего подбородка, каким-то образом наклоняясь ближе ко мне, наши груди соприкасаются, когда он подталкивает меня назад. Я не останавливаюсь, пока не упираюсь спиной в стену, этот грубый мужчина теперь занимает каждый дюйм пространства вокруг меня. Было бы ложью, если бы я сказала, что ненавижу это. Но мне каким-то образом удается держать руки по швам, хотя мои пальцы так и чешутся дотянуться до него.