Книга Искупление, страница 15 – Кей Си Кин

Имя Луны мелькает на экране вместе с входящим сообщением, но я решаю одеться и проверить все на своем ноутбуке, прежде чем вернуться к нему.

Я беру свой чемодан, стоящий в гардеробной, и кладу его на кровать. Я выбираю брюки для йоги, белую майку и фланелевую рубашку в красно-черную клетку. Схватив белый кружевной бюстгальтер и трусики,я выбираю толстые черные носки и застегиваю чехол обратно.

Вытершись и одевшись за считанные минуты, я расслабляюсь в удобной одежде, которую по-новому оценила. Когда-то давно, когда мной управляла моя мать, я не носила ничего, кроме откровенных нарядов. Черт возьми, я уверена, что она купила наряд, который был на мне прошлой ночью. Я никогда не могла носить то, что хотела, или выражать себя так, как мне хотелось. Все было связано с общей картиной — ихкартиной, если быть более конкретной, — но теперь? Теперь я могу быть тем, кем, черт возьми, хочу быть, а у этой сучки новая одержимость удобной одеждой.

Потянувшись за ноутбуком, я сажусь на кровать, прислоняясь спиной к изголовью и используя подушку как стол на коленях. Я трачу несколько минут на проверку камеры наблюдения, которую установила снаружи своей комнаты, после чего быстро проверяю отслеживание визитной карточки, которую я передала Энцо.

Это действительно выглядит как толстый кусок картона, но внутри самый тонкий лист для отслеживания, который я когда-либо видела. Это невозможно обнаружить, на них никто ничего не заметит. После того, что произошло прошлой ночью, это определенно был самый безопасный вариант из двух устройств, которые у меня были.

На нем высвечивается расположение центрального парка Ритц-Карлтон, и на моем лице расплывается улыбка. Они сохранили ее. Это хороший знак. Или они, по крайней мере, подождали, пока вернутся в свой отель, чтобы выбросить ее.

Меня охватывает смесь вины и гордости. Гордость от того, что впервые в жизни я делаю то, что делают люди с по-настоящему порядочными моральными устоями. Ну, во всяком случае, что касается Физерстоун, что само по себе сомнительно. Но по сравнению с работой у моей матери, главы Академии Физерстоун, и моего отца, Тотема, злодея из истории каждого из нас, это как глоток свежего воздуха.

Но в то же время я чувствую какую-то связь с братьями Де Лука. Ложь о моем имени скручивает меня изнутри, тот факт, что мы выслеживаем их, давит мне на грудь, и я не знаю почему. Вина — это не та эмоция, с которой я знакома, на самом деле нет, и я понятия не имею, почему я чувствую это после того, как провела в их присутствии такое короткое время.

Черт.

Я не могу углубляться в это дальше. По крайней мере, до моего следующего душа. Сейчасмне нужно послушать, что скажет Луна. Доставая свой мобильный, я нажимаю на уведомление, но прежде чем сообщение появляется на моем экране, его прерывает входящий звонок с неизвестного номера.

Ну, там написано "неизвестно", но по тому, как замирает мое сердце, я точно знаю, кто это будет. Или, по крайней мере, я сузила круг поисков до одного из трех.

Сделав глубокий вдох, я даю ему прозвенеть еще несколько раз, прежде чем подношу трубку к уху и отвечаю. — Алло?

— Stellina, я волновался, что ты не ответишь на звонок, и это был какой-то фальшивый номер. — Глубокий голос Маттео доносится до меня, легкий намек на поддразнивание в его тоне застает меня врасплох и заставляет мгновенно просиять.