Книга Искупление, страница 113 – Кей Си Кин

Скрестив ноги в лодыжках, я отворачиваюсь, глядя на дальние ряды, где сидит Маттео, обсуждающий все с нашими людьми в Нью-Йорке, ожидающими нашего прибытия. Энцо сидит через проход от него, следя за тем, чтобы в наше отсутствие в Италии все шло гладко. Не помогает и то, что здесь нет Торреса, нет никого ответственного, но в прошлый раз он приезжал с нами в Нью-Йорк, и мы доверили Джио позаботиться обо всем по рекомендации Торреса. Будем надеяться, что это не ударит нас в спину.

Вздыхая, я мысленно закатываю глаза, когда мой взгляд снова падает на Рен. Вытягивая ноги перед собой, я поправляю свой полутвердый член, который дает о себе знать в штанах. К счастью, все либо заняты своими мобильными телефонами, либо спят, так что они не могут застать меня за этим. Вместо этого это дает мне возможность позволить моим мыслям о Рен поглотить меня.

Сейчас я так же одержим ею, как и тогда, когда мы впервые встретились в Нью-Йорке. Если нет, то больше. Я должен был знать, что она действует мне на нервы так, как я никогда не испытывал, когда уходил с той встречи, чтобы проведать ее.Затем настоял, чтобыона пришла на другую встречу, потому что я не мог вынести, что бы она исчезла из поля моего зрения.

Закрывая глаза, я делаю глубокий вдох. Я так усердно старался держаться от нее на расстоянии, что почти не разговаривал с ней. Не потому, что я чувствую себя преданным или взбешенным тем, что произошло вскоре после того, как я трахнул ее у двери гостиничного номера.

Нет.

Это потому, что я не почувствовал ничего из того, что должен был почувствовать.

Я моргаю, открывая глаза, слегка качая головой, когда на меня нахлынуло осознание. Эта женщина могла бы вырвать мое сердце из груди, швырнуть его на землю и растоптать, прежде чем выбросить в мусорное ведро, и мне все равно было бы наплевать. Я бы предпочел вернуться за добавкой.

Я держал каждую мысль и чувство полностью при себе, запертый в маленькой части своего мозга, отказываясь позволять словам даже звучать в моей голове, но теперь это уже не остановить.

Не сейчас, когда я заметил, что мои братья тоже тают рядом с ней. Я не знаю, что в ней такого, что притягивает нас, несмотря на наши усилия, но я устал бороться с этим. Это не стоит усилий, не тогда, когда я хочувыиграть гребаный приз в конце.

Рен Дитрихсон была моей еще до того, как я узнал, кто она на самом деле, и она моя точно так же и сейчас. Мы этого не выбирали, и я не думаю, что она тоже, но это самая честная, грубая и реальная вещь, которую я когда-либо чувствовал в своей жизни.

Я вижу, как она смотрит на меня, когда думает, что я не смотрю. Она разглядывает мои шрамы снова и снова, но в ее потрясающих голубых глазах нет ни намека на страх или отвращение, только интрига с намеком на желание.

Черт.

Вытирая лицо рукой, я пытаюсь успокоиться, но теперь, когда я открыл дверь в своем сознании, это уже не остановить.

— Отсюда я чувствую, как у тебя крутятся шестеренки.

Я замираю, услышав ее голос, разносящийся по воздуху и заставляющий мой член дернуться, когда я снова обращаю на нее свое внимание. Она проводит руками по своей свободной белой майке, прежде чем вытереть невидимые ворсинки со своих леггинсов, продолжая лежать, не сводя с меня глаз.

— Там громче всего, Bellissima, — признаю я, сознавая, что предпочитаю быть немногословным.