Книга Наша родословная, страница 133 – Кей Си Кин

— Готов?

— Для тебя, всегда, принцесса.

Я закатываю на него глаза. — От Оскара я ожидала какой-то дрянной хрени, но от Романа, задумчивой «Тузовой задницы»? Никогда, — говорю я с улыбкой, и он улыбается мне в ответ.

— Что я могу сказать? Ты раскрываешь мою дрянную сторону.

Качая головой, я выстраиваю маленькие чернильницы в ряд на тумбочке и беру пистолет. Еще раз взглянув ему в глаза, я принимаюсь за работу. Теряясь в потоке искусства и жужжании станка, я отмечаю его идеальную кожу.

Пока пистолет скользит по его коже, я не могу удержаться от вопроса, который приходит на ум. — Почему татуировка в виде черепа во всю спину?

Я чувствую, что его взгляд скользит по моему лицу, но я не отрываю взгляда от его руки. — Это моя родословная. Ривера известны как мрачные жнецы из Физерстоуна. Я просто всегда хотел сделать татуировку на спине и решил совместить это, — бормочет он, и его слова удивляют меня.

Убирая пистолет с его кожи, я встречаюсь с ним взглядом, отмечая намек на беспокойство в его глазах, когда он пытается прочесть мою реакцию. Я позволяю легкой улыбке естественно тронуть мои губы, когда возвращаюсь к его татуировке.

— Значит, я поцеловалась со смертью и выжила, чтобы рассказать об этом, да?

Наступает небольшая пауза, но я чувствую, как его тело расслабляется. — Это одна из причин, по которой я так сильно люблю тебя, принцесса. Всегда принимаешь меня, несмотря ни на что.

— Я тоже тебя люблю, детка. — мои глаза снова встречаются с его взглядом, когда слова слетают с моих губ, прежде чем мы снова погружаемся в уютную тишину.

Я незнаю, сколько проходит времени, но все это время он остается совершенно неподвижным, пока я рассматриваю деталь за деталью, чтобы воспроизвести брошь как можно лучше. Наконец, откидываясь на спинку стула, я смотрю на свою работу. Голова павлина находится прямо у него под локтем, а элегантные зелено-голубые перья простираются по предплечью до запястья.

— Принцесса, это чертовски красиво, — благоговейно шепчет он, и я улыбаюсь ему. — Благодарю тебя.

— Нет, спасибо тебе. — я вздыхаю, глядя ему в глаза. — За то, что не бросил меня, когда я хотела оттолкнуть тебя. За то, что каждый раз ставил меня на первое место. Предполагался, быстрый трах на ринге, но потом, я как любительница, пошла и влюбилась. — улыбка на его лице, полная восхищения. — А потом появились все эти секреты и полный пиздец, а ты все еще здесь. Где я хочу…нет, где ты нуженмне.

Свободной рукой он берет меня за подбородок, запрокидывая мою голову назад, чтобы приблизить мои губы к своим. Это самый сладкий, нежный поцелуй, который он когда-либо дарил мне. Моя кожа вспыхивает от его прикосновения.

— Я люблю тебя, Луна, — бормочет он мне в губы, заставляя мое сердце воспарить. — А теперь приведи меня в порядок, чтобы я мог показать этот шедевр остальным.

— Я тоже тебя люблю, — автоматически отвечаю я, прежде чем вытереть его. Воздух вокруг нас наполнен головокружением. Никакой тоски, или страха, или беспокойства, только любовь и счастье. Я хочу больше этого чувства, со всеми моими «Тузовыми задницами».

Когда я начинаю избавляться от использованных материалов, он целует меня в губы и направляется к двери. Оскар как нельзя кстати распахивает ее до того, как он добирается к ней.

— Эй, дерьмо вместо мозгов. Где моя детка… Срань господня, это Луна сделала? — Кричит он, не сводя глаз с новой татуировки Романа, который ухмыляется, как Чеширский кот.