Книга Моя родословная, страница 37 – Кей Си Кин

Пожалуйста, дорогой боже, это не пирсинг сосков.

Срань господня, так и есть. Эта девушка — влажная мечта.

Я стараюсь не обращать слишком много внимания, но я определенно вижу, что один из них — кольцо, а другой — штанга. Я совершенно потерял представление о том, зачем я сюда ворвался, и мой член поднимается к девушке передо мной.

Мне нужно вернуть контроль. Я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы попытатьсяуспокоиться. Что, черт возьми, происходит, она играет с моей головой.

К черту это, я больше, чем то, чего хочет мой член. Хотя я чувствую, что мне никогда раньше не приходилось так усердно работать, чтобы держать это под контролем. Я пробегаю остаток пути к боксерской груше и держу ее неподвижно, останавливая ее поток. Буря в ее глазах, когда она смотрит на меня, смертельна, но я не отступаю.

— Откуда ты, черт возьми, взялась? — я требую ответа.

— Какого хрена, тебе опять от меня что-то нужно? — рычит она.

Она не отступает от моего агрессивного тона, если уж на то пошло, это делает ее еще злее.

Она тяжело дышит после тренировки, но мой член так это не воспринимает.

— Почему ты вдруг ни с того ни с сего появляешься в Академии Физерстоун? — я добавляю резкости в свой голос.

— Какое это имеет отношение к тебе? — рычит она.

— Все, это имеет прямое отношение ко мне, и тот факт, что ты спрашиваешь об этом, показывает, как мало ты знаешь о том, во что ты здесь вляпалась.

— Это не твое гребаное дело, если только я не хочу, чтобы это было твоим гребаным делом. Никакое эго или иерархия не убедят меня в обратном, а теперь отвали.

С этими словами она собирается пройти мимо меня, но я хватаю ее за руку и разворачиваю лицом к себе.

— Послушай, детка, я выясню то, что хочу знать, но тебе нужно подчиниться, если ты рассчитываешь пережить свой первый день здесь, — рычу я.

Я отказываюсь говорить ей, что знаю, что она гребаная аферистка, потому что это ни в коем случае не настоящая Луна Стил. Не после того, что случилось столько лет назад.

Выражение ее глаз говорит мне, что она знает, что я хочу ее гнева и огня, но отказывается принять мой вызов.

Она нежно кладет руку на мою грудь, поверх чернил наследия, и электричество, которое я чувствую, заставляет меня едва сдерживаться, чтобы не зашипеть. Она наклоняется ближе, ее губы оказываются рядом с моими.

— Ни один мужчина никогда не скажет мне, что я могу или не могу делать. Продолжай нападать на меня, мне насрать, но ты не знаешь меня так, как я не знаю тебя, и угроза моей жизни закончится не в твою пользу, — шепчет она, но это не секрет, это чертов факт.

С этими словами она толкает меня в грудь, хватает свою сумку и неторопливо выходит отсюда, как будто ей на все наплевать. Я не знаю,что только что произошло, но я точно знаю, что я не победил.

Настоящий неудачник здесь — мой член, он твердый как сталь после этого небольшого представления.

(Луна)

Какой мудак.

Я не знаю, кем этот парень себя возомнил, но я чертовски уверена, что не стану подчиняться. Почему самые горячие всегда придурки? Я не задерживалась, спор ни к чему бы не привел. Мы бы просто ходили по кругу.

Я быстро переоделась и теперь жду Рыжую на крыльце "Туза". Вокруг сидят несколько человек, но на самом деле никто не обращает на меня никакого внимания.

Внезапно я оказываюсь в чьих-то объятиях, совершенно застигнутая врасплох. Прежде чем я успеваю перейти в режим защиты, Рыжая отскакивает с виноватым выражением лица.