Книга Воронка второго шанса, страница 109 – Анна Михайлова

«Ох, знала бы ты каким этот ледник горячим может быть!» Щеки мгновенно вспыхнули от воспоминаний о его поцелуях.

Рыжуля ничего не заметила. Расправив темно-зеленый плащ на плечах, Лина, подхватив подругу за руку, вывела ее за дверь. Перед уходом Лера щелкнула пальцами, гася свечи. Кругом дерево, нельзя огонь без присмотра оставлять. Девочка удивленно прицокнула языком, но ничего не сказала.

Уверенно повела переходами да галереями. На них особо внимания не обращали, мало ли куда рысь с неизвестным отроком спешит. Чужие все одно здесь не шастают, раз стража пропустила. Неприметная дверца, в которую нырнули обе девушки, вывела их на крохотный балкончик. Деревянный, как все здесь, и ажурный, словно кружево из дерева плел неизвестный мастер.

Обе присели на пол, с любопытством оглядывая двор. Главное, как на ладони было видно широкое парадное крыльцо, столбы и перила которого украшали фигурки сказочных животных.

— А долго ждать? — шепотом спросила Лера, накидывая край своего плаща на девочку. Ее-то вещь с мехом, на порядок теплее будет.

— Думаю — нет. Я время верно рассчитала. Как только крики горожан услышим — значит дружина едет.Недолго осталось. Но сначала народ на крыльце соберется. Те, кто встречать будет.

— А кто будет?

— Знамо дело: княгиня с дочерьми — это семья. Яра с сыном — князь ее тоже частью семьи считает. Драгомир опять же, как волхв из Верховных. Бояре знатные, кого княгиня допустит. Она же ух, какая строгая.

— Знаю. Довелось познакомиться.

— Правда что ль? — девочка повернула любопытное личико, — судя по глазам не особливо понравилась встреча?

— А должна была? У меня от нее мурашки бегали и руки тряслись.

— Это да, умеет матушка князя страху нагнать. Перед ней и бояре длиннобородые, как холопы трясутся. О вон, смотри собираются!

Во все глаза таращилась Лера на собирающуюся толпу. Княгиня Дивляна сияла в расшитом золотом парчовом платье, с оплечьем, украшенным жемчугом и бирюзой. На голове венец в каменьях, очелье — знамо дело, в жемчугах. Так еще и вдоль висков жемчужные нитки спускаются. На плечи покатые небрежно соболиная шуба наброшена. Шуба нараспах, чтоб красоту платья не скрывать мехами.

Девицы, дочери ее, скромнее стоят. Венцы девичьи, невысокие, с хрусталем. Косы расшитыми лентами и камнями изукрашены, платья — парча и бархат. Едва только матушка отвлеклась, как Смиренка балкончику приветственный знак ладонью сделала. Да только ее сестра тотчас одернула. Росту они были одинакового, только у старшенькой лицо было круглым как блин, щечки пухлые и глазки махонькие. Вроде сестры — погодки, а старшая едва ли не вдвое взрослее выглядела. Еще и лицо кислое, словно изжога у нее от происходящего.

Яра с сыном тоже стояла подле княгини. Не было на ней ни платьев расшитых, ни венцов. Кафтан дорогой парчовый с золотым шитьем, на ладонь выше колен и серьги с самоцветами в ушах. Пояс широкий, бляхами золотыми украшен. Брюки узкие да сапоги — тут она себе не изменяла. Волосы, как всегда, невероятными косами переплетены.

— Так то Смешка, служка ее верная, старается — пояснила Линка, — никому секретов не раскрывает, как ни пытались вызнать. Кого только к ней не подсылали, все одно — молчит.

Младшие и старшие дружинники распределились по периметру, уверенно оттесняя толпу любопытных дворовых. Чтоб не мешали и место свое знали. Наконец ворота княжьей резиденции распахнулись настежь, впуская дорогих гостей. Толпа заволновалась, но ее мгновенно осадили,чай не в первой.