Книга Четверо за спиной, страница 99 – Анна Михайлова

Да только далее совсем все странно стало. Я ее возле палат княжьих поджидал, чтобы высказать все, что на сердце накипело. А Велеслав девку вызвал сенную да такое непотребство устроил, что в сенях их крики слышно было. Это что ж такое? Едва с одной бабы слез, так сразу на другую запрыгнул? Никогда князь не отличался похотливостью. И ведь не боится, что тотчас Ярославе о его проделках донесут. А она узнает и не стерпит – гордая. А значит…

Со всех ног побёг я ее искать, чтобы раз и навсегда все промеж нами выяснить – ан нет ее. Нигде нет. Стражники сказали, что опять со своим старшим дружинником в город ушла. И что ж ей на месте не сидится? Поклялся сам себе, что дождусь ее обязательно. Хватит уже от меня бегать.

Когда я тех шестерых увидала, по повадкам стало понятно – не грабители они, а убийцы. В кольчугах, с мечами, глаза безжалостные. А вот и второй ход моего недоброжелателя. Подловил-таки. Ну что ж, значит будем биться. Игры кончились. Достаю меч из ножен и засапожный кинжал. Вот и время оба в деле проверить. Не зря в паре их отрабатывала, как знала. Веду плечами, стараясь смахнуть усталость.

- Парни, может передумаете? – встаю в стойку, внимательно отслеживая глазами, как они начинают меня окружать.

- Нам за тебя только за дохлую заплатят, - гаденько ухмыляется низкорослый. Тот, что слева.

- То есть вы знаете, кто я.

- Да кто ж тебя, гадину, не знает.

Что ж, если драка неизбежна – бей первым. И я бью. Без жалости и снисхождения. Тут или они – или я. Так что никакой слабости или просто «взять на болевой». Но они осторожничают, воины опытные, достаточно грамотно уходят от атак, плюс стремятся нападать с двух сторон одновременно. Каждый из нас понимает – на кону стоит жизнь и сражаемся мы с отчаянным бешенством. У меня меж ними есть небольшое преимущество в скорости и кинжал, который должен быть прочнее их кольчуги. Но их шестеро и у них опыт по части убийства. Перестаю считать свои царапины, надеюсь, что сама достаю их чаще. Опосредовано слышу, как взвывает один, потом - второй. Но из боя не выходят. Никто не обещал, что будет легко. Все же драться на тренировках – не равно драться за свою жизнь.

Я никогда не убивала, а тут придется, и рука не может дрогнуть. Мои «цивилизованные» установки должны остаться за бортом. Все предельно просто: жизнь - за жизнь. Если не смогу победить, так хоть с собой заберу побольше. Чтобы там, перед предками стыдно не было.

Уже и стемнело, а Ярославы все не было. Несколько раз выходил в двор, думал может разминулись где. Но стражники сказали, что не приходила еще. Уже и ворота заперли, оставив только калитку для припозднившихся. Стража изнутри встала. А моей занозы все нет и нет. Знамо дело, что бояться ей нечего, умеет за себя постоять, но сердце не на месте. Знаю, что не тронет никто княжью гостью, но ведь и отравления никто не ожидал. А душегуб неизвестный на княжьем пиру не побоялся удар нанести.

Когда совсем темно стало, вышел наружу, словно сила неведомая в спину толкала. Смотрю на чернеющую улицу, пустынно. Ни души. Хотел уже обратно уйти. Но что мне там, на княжьем дворе делать? Решил навстречу ей пойти, чтоб еще куда не свернула.

Прошел улицу – никого. Не шастают по городу люди как темнота приходит. Только мою неугомонную носит где-то. Тихо вокруг, да только мне шум какой-то померещился. Сам не знаю почему – иду на него, от нечего делать. А он аж на следующей улице. На бег перехожу, сердце сжимается в смутном беспокойстве. Вылетаю туда и вижу в конце улицы тени да звон оружия слышен. Это здесь, в детинце? Почти не видно ничего, но я как, немыслимо, разглядел ноги роскошные, вторых которых нет во всем Миргороде. Яра! Моя Яра! Не раздумывая, выхватываю меч.