Книга Четверо за спиной, страница 124 – Анна Михайлова

И столько в его слова раскаяния, что я понимаю: не могу и не хочу на него злиться и что-то доказывать. Это мой медведь! Неуклюжий, властный, но ласковый и заботливый. Мой! Не отдам. И другого мне не надо.

Вместо ответа сажусь к нему на колени, оседлав бедра. И затыкаю рот поцелуем, глубоко проникая языком ему в рот. Хватит слов, соскучилась страшно. Хочу его! Чувствую горячие ладони на своих бедрах и нетерпеливо ерзаю, потому как сразу становится ощутимо что и мой мужчина истосковался. С голодным рыком медведь встает на ноги, подхватив меня под попу и в два шага оказывается у постели. Швыряет меня на нее и смотрит ошалелым взглядом.

- Как же я люблю тебя, Яра! Жить без тебя не могу!

- Иди сюда, - зову его, ибо мне мгновенно становится холодно без его горячих объятий.

А потом только его губы, руки и хриплый, захлебывающийся счастьем шепот. Его поцелуи и мои нетерпеливые покусывания, когда я требовала, торопила, не желая сейчас долгих прелюдий. И стон, наш общий стон, когда он входит в меня и начинает двигаться с бешенной, совершенно оголодавшей страстью. Не переставая ласкать мое тело огрубелыми пальцами.

- Посмотри на меня, - требует он, когда я попыталась закрыть глаза, наслаждаясь его движениями. Голубые глаза потемнели, кажутся сине-черными, в них горит бешенное желание. Но и я смотрю на него не с меньшей страстью, - моя, слышишь? Только моя!

- Твоя!

- Люблю тебя! И всегда любить буду!

- Да! – я взрываюсь сверхновой, едва не воспарив над телом, которое сотрясают спазмы удовольствия. Практически одновременно со мной рычит, достигая финала Беригор, обессиленно упав на меня своим немалым весом. Но сейчас мне приятна эта тяжесть, я поглаживаю мускулистую влажную спину, с трудом приходя в себя. Большое, сильное. Мое. Не отдам.

- И я тебя люблю, - вырывается из меня прежде, чем я успеваю захлопнуть рот. После этого на душе становится легко. Словно все наконец-то встало на свои места. Когда перестаешь бороться сама с собой и отрицать очевидные вещи.

- Правда? – Беригор мгновенно поднимается на прямые руки и яркие голубые глаза впиваются в меня с надеждой.

- Правда. Только не возгордись сильно,- улыбаюсь я и подставляю губы для мучительно-жаркого поцелуя.

- Не чаял я. Хотел, мечтал и не чаял. Вокруг тебя такие, а кто я…

- Ты - мой медведь. И мне другого не надо.

Меня сгребают в охапку и заботливо укладывают под бок. Но я перебираюсь на воеводу сверху. Хочу видеть его лицо, смотреть ему в глаза.

- Хочу, чтобы ты женой мне стала. По всем правилам. Но давить не буду. Пусть все будет, как ты хочешь, - твердо говорит мне Беригор. Хотя я вижу, как ему не нравится то, что он говорит. Не привык он уступать, но ради меня – идет на это. И душу заполняет горячая благодарность.

- Как любая девочка, я должна подумать.

- Думай сколько захочешь, только рядом со мной, хорошо? А я буду старательно доказывать, что из меня дельный муж получится, - и меня игриво оглаживают по бокам.

- Мыться пошли, дельный муж! – взвизгиваю я от щекотки и слетаю с кровати, уносясь в ванную.

- Так вот значит, чего боится непобедимая Яра? – коварно ухмыляется воевода.

- Даже не думай! – я усаживаюсь в горячую воду со вздохом удовольствия.

- Почему нет? Я на все готов, чтобы ты быстрее согласилась, - Беригор усаживается напротив и тут же притягивает меня к себе. Хорошо, что он любит вещи с размахом: что кровать, что эта купальня. Я с удовольствием усаживаюсь, прижимаясь спиной к широченной груди. Его губы начинают неторопливо целовать шею, а руки – мягко поглаживать и прокручивать вершинки грудей.