Книга Четверо за спиной, страница 11 – Анна Михайлова

- Опочивальня.

Проходит дальше, я вслед за ней.

- Помывочная. Такие только в доме князя да ближних бояр. Заморский мастер делал, - видимо хотела меня впечатлить техническим прогрессом. Захожу вслед за ней. Комната небольшая, в центре большая деревянная лохань, у бортика которой подобие крана с поворотной задвижкой. Подхожу, небрежно поворачиваю. После некоторого шума начинает идти вода.

- Только холодная? – не удерживаюсь от шпильки. Уж больно самодовольное у тетки лицо.

- А какая ж еще?

- У меня дома горячая и холодная подается.

- А как это так, госпожа? Из печи? – изумляется Малка.

- Это рабочим знать надо - как. А я - просто пользуюсь.

После этого домоправительница заметно присмирела и перестала недовольно коситься на мою одежду. В светлице есть еще отдельная кладовая, а в комнате опочивальни - сундук, на котором, как мне сказали, будет спать служанка. Ох, профсоюза на них нет! Опасливо косясь на меня, экономка быстро ретировалась, пообещав прислать девку в услужение.

Когда она ушла, я устало присаживаюсь на кровать. Крепко сколоченная, но узкая, с украшенными затейливой резьбой изголовником и изножьем. Поверх настила из переплетенных ремней уложен матрас, перина и все это великолепие укрыто цветным расшитым покрывалом. Подушка одна, на вид - перьевая. Осматриваюсь по сторонам: стены расписаны яркими цветами и птицами, в углу два кресла, стол и сундук. На деревянном полу ковер, одну из стен занимает русская печь, которая одним из своих изразцовых боков выходит в светлицу.

Снимаю сапоги, и вытягиваю усталые ноги. Сюр какой-то! Я - в ПА-ЛА-ТАХ. Да еще и княжеских. В древнерусских, мать их, палатах! Мозг отказывается принимать то, что видят глаза. Еще немного и начнется раздвоение сознания: верю-не верю. Даже для программы «Розыгрыш» размах слишком велик. Да и кто я такая, чтобы меня настолько правдоподобно разыгрывать?

Раздается осторожный стук в дверь. В открывшуюся щель просовывается круглолицее лицо. Глаза испуганные, но вздернутый нос и смешливый рот выдают в ней болтушку.

- Заходи.

Девушка протискивается в проем. На вид лет четырнадцать, но вполне сформировавшаяся. Невысокого роста, веснушки, светло-русая коса, сарафан, лапти. Натюрель а ля-рюс.

- Доброго здоровьица, госпожа.

- И тебе. Как звать?

- Смеяна. Но все Смешкой кличут.

- Ярослава. Смешка, мне помыться и перекуситьнужно.

- Ой, я сейчас кликну чернавок – воды нанесут. Здешняя печь только растоплена. А съестного сама принесу. Чего желаете?

- Главное, чтоб горячее было. И попить.

- Взвару или сбитня?

- Э… давай на твое усмотрение.

Прислужницы с бадьями горячей воды в руках появляются через несколько минут. Когда ванная наполнена, я со вздохом погружаюсь в нее – вот оно, счастье. Все остальное – потом, сейчас нужно смыть пыль и усталость и вновь почувствовать себя человеком. Я с наслаждением мою голову, намыливаю тело. Релаксирую, пока не начинает остывать вода. Нехотя все же встаю на ноги, начинаю промокать лицо захваченным родным полотенцем. Внезапно раздается изумленное ойканье. Резко опускаю руки и поднимаю глаза: Смешка на пороге с отрезом ткани в руках смотрит на меня как на привидение.

- Что такое?

- Госпожа… у вас там… волос нет!

- Ну и..? – недоумеваю я, вытирая плечи и живот. Надеюсь, здесь за эпиляцию на кострах не жгут?