Книга Горячий шоколад в зимнюю ночь, страница 34 – Софи Анри

– Эй! – возмутилась я.

– Ты дала согласие, назад пути нет. А за контейнер не парься, куплю тебе новый.

Он схватил меня за руку и потащил в сторону входной двери.

Через полчаса мы устроились в уютной закусочной. Я выбрала небольшой диван возле зеркальной стены и стала ждать Зака, который пошел делатьзаказ.

Меня немного беспокоил тот факт, что мы оба прогуляли занятия. Я не привыкла делать что-то не по плану, особенно нарушать правила, пусть даже Зак утверждал, что иногда необходимо давать себе слабину, чтобы в один момент окончательно не сломаться.

Я разглядывала стены, на которых были изображены персонажи из популярных фильмов, пока не вернулся Зак. Он поставил на стол поднос с бургерами, картофелем фри, жареными луковыми кольцами и большими стаканами с газировкой.

– Боже правый, мне нельзя такое есть, – промямлила я, стараясь не смотреть на это калорийное безумие взглядом голодного щенка. – Я умру от ожирения, если просто понюхаю.

Зак фыркнул:

– Расслабься, Мотылек, и хоть на один чертов день забудь про гребаный режим. Предлагаю начать вот с этого сочного бургера. – Он подвинул поднос ближе ко мне.

– Тебе легко говорить, ты не беспокоишься о фигуре, – пробурчала я, подбирая слюни.

Зак хмыкнул, а в следующую секунду сделал то, отчего я вмиг забыла про поднос с едой.

Он задрал футболку, обнажая идеальный рельефный пресс. Скользнув взглядом по косым мышцам, стремившимся под пояс джинсов, я тяжело сглотнула.

– Дефицит калорий, спорт и никакого насилия отвратительной брокколи.

– Она не отвратительная, – парировала я.

И только когда Зак наконец-то опустил футболку, я облегченно выдохнула.

– Ага, конечно, я помню, как ты смотрела на свой ланч. У тебя был такой взгляд, словно в контейнере ползали мадагаскарские тараканы. – Он сел напротив меня, а потом взял из бумажной коробки ломтик картошки и, макнув в кетчуп, закинул его в рот. – Ешь давай. Ты обещала, что сегодня будешь делать все, что я скажу. Или мне усадить тебя к себе на колени и покормить?

В его зеленых глазах сверкнул хитрый блеск, и я почувствовала, как в груди и на лице растекается жар.

Тина, бога ради, не смей представлять, как сидишь у него на коленях.

Но было уже поздно. Мозг подкинул мне яркие картинки с полуголым Заком, который кормил меня с руки.

– Ти-и-и-на, – протянул он. – Ешь.

Сомнение и голод боролись внутри меня. Я несколько лет не ела фастфуд, и начинать это казалось мне преступлением. Что, если я дам себе слабину и весь мой многолетний труд пойдет насмарку? Что, если я растолстею и стану уродиной на фоне своих старших сестер?

Я отчетливо, словно это случилось вчера, помнила, как пришлак Оливии и Эмме на вручение дипломов. Мне тогда было пятнадцать, и я не могла похвастаться идеальной фигурой.

Я услышала, как парни из старшей школы обсуждали меня.

– Это точно сестра двойняшек Денвер? – спросил один из них у своих приятелей. – Они такие секси, а их сестра потенциальная участница «Величайшего неудачника»^[18].

Его слова так сильно задели меня, что уже на следующий день я села на жесткую диету, а через два года стала самой худой девушкой в классе.

– Тина, – позвал меня Зак, и я вдруг осознала, что слишком глубоко погрузилась в мысли и не услышала его последних слов.

– Прости, что ты сказал?

Он смотрел на меня серьезным задумчивым взглядом, а потом словно опомнился и широко улыбнулся.