Книга Горячий шоколад в зимнюю ночь, страница 137 – Софи Анри

– Зак, пожалуйста, – взмолилась я осипшим от рыданий голосом.

– Я все испортил, – прошептал он и прикусил губу, отчего из затянувшейся раны появились бисеринки свежей крови.

Я только сейчас заметила, что он был без пирсинга.

– О чем ты говоришь?

– О подпольном бое. Я должен был продержаться пять раундов и только потом слить бой – тогда бы мне заплатили двадцать тысяч долларов. Но я не смог. – Он сухо всхлипнул и подтянул колени к груди, обняв их дрожащими руками.

– Зак…

– Я пропустил серьезный удар и упал. С этого момента все пошло к чертям. Мне казалось, что я схожу с ума. Я слышал голос. Его голос…

– Чей?

В глазах Зака заблестели слезы.

– Саймона. – Он вновь прикусил губу, и кровь тонкой струйкой потекла по подбородку, но Зак этого словно не замечал. – Моего отчима. Я как будто попал в свой самый худший кошмар. Я видел его. Видел, как он возвышается надо мной, чувствовал, как его нога бьет меня по животу…

С каждым произнесенным словом Зак терял самообладание. С его ресниц сорвалась одна слезинка и потекла по щеке. Я неотрывно следила за тем, как она проделала мокрую блестящую дорожку по его воспаленной от ударов коже. Мне хотелось коснуться его, но я не позволяла себе сделать это. Боялась, что любым неверным движением причиню ему боль.

– Я чувствовал боль… Как в тот день. Кожей чувствовал это, Ти. – Впервые за весь вечер Зак посмотрел мне в глаза. В этот момент все его чувства вырвались наружу, и он заплакал. – Я будто снова ощущал, как в мою кожу впиваются осколки стекла. Как нога Саймона вдавливает мою руку в пол. Словно все это происходит опять.

Зак сотрясался от рыданий и чесал свои предплечья, как будто пытался вытащить из-подкожи мнимые осколки. Я плакала вместе с ним, не зная, как помочь ему, как прогнать эти страшные образы из его головы и как исцелить старые раны, которые за столько лет так и не смогли затянуться.

– Я потерял сознание от страха, как никчемный жалкий кусок дерьма. Не смог помочь сестре, потому что испугался отчима, которого уже давно нет в моей жизни, – задыхаясь, произнес Зак. – Я все испортил.

Он склонил голову и заплакал почти бесшумно. Я придвинулась к нему и обняла, едва касаясь спины, на которой было меньше всего ссадин. Зак вцепился пальцами в мою футболку и прижался лбом к плечу, словно искал хоть каплю тепла.

Я не знала, сколько времени мы так просидели, утопая в его боли, – минуту или целую вечность.

– Все в прошлом, слышишь? Все это в прошлом. – Я гладила его по влажным волосам и невесомо касалась спины. – Ты не жалкий. Ты самый сильный человек из всех, кого я когда-либо встречала.

– Я не смог помочь сестре. Я должен был…

– Твоей сестре поможет фонд Вэнсов. Я сегодня разговаривала с Айви. Родители Рэйдена заведуют фондом для больных детей. Рири обязательно пройдет лечение.

– Что? – Зак поднял голову и еще раз прерывисто всхлипнул.

Я осторожно, стараясь не дотрагиваться до кожи, погладила подушечками пальцев его щеку. Он судорожно выдохнул, словно мое прикосновение даровало ему столь желанное исцеление.

– Завтра все расскажу, а сейчас тебе нужно отдохнуть.

Я помогла Заку лечь, а сама устроилась на самом краю кровати, боясь лишний раз прикасаться к нему. Казалось, он весь превратился в сгусток боли. Но когда он протянул мне руку, я ухватилась за нее как за спасательный круг.