Книга Горячий шоколад в зимнюю ночь, страница 105 – Софи Анри

Он состроил гримасу, и я хохотнула.

– И у тебя талант находить общий язык с людьми. Рири постоянно про тебя спрашивает и ждет на каждые выходные. А она, к слову, любит людей немногим больше меня. Еще ты крышесносно целуешься.

У меня разболелись щеки из-за широченной улыбки, с какой я слушала Зака.

Я нежно провела пальцем по небольшому шраму на его ключице, который чем-то напоминал кривую звездочку. Зак напрягся и, перехватив мою ладонь, прижался к ней губами. Очевидно, ему не понравилось,что я прикоснулась к его шраму.

– А ты чем занимался? – спросила я, чтобы сгладить неловкость.

Он задумался, прикусив губу, а потом огорошил меня словами:

– Ко мне вчера приходили Тэри и Кейси. Мы поговорили.

У меня в горле неприятно запершило. И хотя Зак сказал мне, что Кейси для него в прошлом, я все равно ревновала его к первой и самой большой любви.

– И как все прошло? – как можно более равнодушно спросила я.

Пока слушала рассказ Зака, я то хмурилась, то поджимала губы, то сжимала руки в кулаки. Меня раздирали противоречивые эмоции, но самой сильной была обида за Зака. Он заслуживал того, чтобы с ним поговорили по-человечески, а не изменили за спиной.

– Что думаешь об этом? – осторожно спросила я, не торопясь делиться своим мнением.

Зак долго собирался с мыслями. Между его бровями пролегла глубокая морщинка, которую мне так и хотелось разгладить пальцем. А лучше поцеловать так, чтобы все его горькие воспоминания растворились без остатка.

– Знаешь, я долго размышлял над всей этой ситуацией, – начал он грустным тоном. – Я все еще считаю их виноватыми, но теперь понимаю, что доля вины лежит и на мне.

– Что? Твоя-то в чем вина? – искренне возмутилась я.

Зак нервно провел языком по пирсингу и поморщился.

– Не совсем вина. Не знаю, как объяснить. Но я дружил с Кейси с двенадцати лет. Встречался с тринадцати. Восемь лет, Ти. И из этих восьми лет Кейси четыре года была влюблена не в меня, а в нашего лучшего друга. А я этого даже не замечал. Не видел, что моя девушка несчастна рядом со мной. Черт, да мы… – Зак судорожно вздохнул. – Как она вообще могла заниматься со мной сексом, если любила другого? У меня это в голове не укладывается.

– Зак, – я положила ладонь на его щеку и мягко погладила, – в этом нет твоей вины. Ты любил ее. Это вопросы к Кейси, как она могла спать с одним, если любила другого.

Он устремил задумчивый, грустный взгляд в потолок.

– Зак?

Я чувствовала, что его гложет что-то еще, но он не хочет – или не может – говорить об этом. Мне хотелось забрать его боль и переживания, хотелось, чтобы он был счастлив и чтобы у него на лице как можно чаще появлялась беззаботная улыбка и как можно реже – грусть и отрешенность.

Наконец он посмотрел на меня и крепче прижал к себе.

– Да, Мотылек.

– Я люблю тебя. Очень. И у нас все будет хорошо.

Его кадык дернулся,а рука, сжимавшая мою талию, напряглась.

– Я тоже тебя люблю. А теперь давай спать, мне завтра с утра на работу. Дети в спортивной секции из меня всю душу вытрясут, нужно набраться сил.

В его голосе слышались нотки веселья, но в этот раз они были полны фальши. Зак что-то скрывал от меня, но я решила не давить и терпеливо ждать, когда он сам решит мне открыться.

– Спокойной ночи.

Я поцеловала Зака в подбородок и, поудобнее устроившись на его груди, закрыла глаза.