Книга Изгнанник Ардена, страница 203 – Софи Анри

Когда Аврора отвлеклась на Изану, который обнял ее и прижался к животу щекой, Тристан подошел к Рэну. Он взял его на руки и, опустившись на диван, усадил к себе на колени.

Аврора притворилась, будто ничего не замечает, но, когда Райнер направился к Тристану, подозвала его к себе.

– Здравствуй, Рэн, – неловко поздоровался Тристан. – Ты так вырос.

Рэн явно побаивался его или смущался, и Тристан лихорадочно соображал, как его отвлечь.

– Какие игрушки ты любишь? – с надеждой спросил он. – В следующий свой визит я привезу тебе любую игрушку, какую только пожелаешь.

– Пианино, – внезапно оживился Рэн и несмело улыбнулся. – Хочу играть на пианино.

Тристан сухо сглотнул и несколько раз моргнул, чтобы прогнать скопившуюся в уголках глаз влагу.

– Твоя мама любила пианино.

– Правда? – удивленно спросил Рэн, покосившись на Аврору.

Ну конечно, он считал своей мамой Аврору!

Тристан почувствовал себя еще большим дураком, но тут его осенило.

– Правда. Когда станешь постарше, она тебе все расскажет. – Тристан не сомневался, что Рэндалл и Аврора поведают ему о настоящих родителях. – Знаешь, у меня для тебя кое-что есть. Только не показывай другим мальчишкам, это будет наш секрет, хорошо?

Рэнкивнул, и в его глазах загорелся интерес. Он больше не выглядел зажатым и испуганным.

Тристан запустил пальцы под ворот рубашки и расстегнул цепочку с медальоном.

– Его когда-то носила твоя мама. Теперь он твой. Береги его, а когда повзрослеешь, подари своей невесте. Только сначала обязательно убедись, что она та самая, на ком ты хочешь жениться.

Рэн наверняка не понял и половины его слов, но для Тристана было важно произнести это вслух.

Потому что он сам наконец-то разобрался в собственных чувствах.

Он любил Анну как умел. И сейчас, отпуская, не предавал ее и уж тем более себя. Он совершил много ошибок, но уже простил себя и знал, что Анна хотела бы этого – того, чтобы он жил дальше и боролся. И Тристан готов был бороться за ту, которая поселила в его душе свет и разогнала царившие там холод и пустоту.

– Ты запомнил? – Тристан застегнул цепочку на шее Рэна, и тот с интересом посмотрел на ландыши, выгравированные на крышке медальона. – Подари это девушке, за которую будешь готов бороться.

– Красиво, – шепнул Рэн и улыбнулся ему еще раз, на этот раз широко и искренне. Потом спрыгнул с его коленей и пошел к мальчишкам, которые играли на ковре с деревянными солдатиками.

– Я вставлю портрет Анны. – Аврора приблизилась к нему со спины и положила руку на плечо.

– Спасибо, – прошептал Тристан и накрыл ее ладонь своей.

Он все еще испытывал печаль и тоску, глядя на Рэна, на шее которого теперь поблескивала золотая цепочка. Но каждый раз, когда малыш сжимал пухлыми ручками медальон, будто хотел убедиться, что подарок на месте, Тристан чувствовал, как на сердце становится легче.

* * *

К тому времени, когда Тристан в компании Рэндалла, Закарии, Изекиля и Бернарда прибыли в Фортис, погода совсем испортилась. В течение нескольких дней неустанно лил холодный октябрьский дождь и завывал порывистый ветер, срывавший с деревьев пожухлую листву, которая утопала в больших лужах на ухабистых дорогах.

Таверны и постоялые дома Фортиса были забиты, и Тристан с трудом нашел свободные комнаты для себя и своих спутников. Рэндалл с Закарией отправились в Голдкасл. Они договорились, что Тристан проникнет во дворец под покровом ночи через тайный подземный ход, чтобы стража и слуги не заметили его. Пока проблемы со Стефаном не разрешатся, он не торопился раскрывать правду о своей якобы смертии надеялся, что старшие братья сохранят его секрет. Хотя, зная вспыльчивый нрав Арона, он должен был молиться лишь о том, чтобы тот сохранил ему жизнь.