Книга Поцелуй снежинки, страница 32 – Анна Бахтиярова

— Может, ну его к чертям? — шепнула Евгения, пока тетушка Мелина отвлеклась на кого-то из знакомых. — Зачем тебе такой муж?

— Но он же умрет, — напомнила я.

— Не велика потеря. Или… — сестра прищурилась. — А ведь он тебе всерьез нравится, да?

Ответила я честно. Как обычно.

— Он красивый. И целуется хорошо.

— Можно подумать, тебе есть, с чем сравнить, — проворчала сестра. — Ладно, посмотрим, что можно сделать. Но потом не жалуйся.

— Не буду, — пообещала я. А на душе было радостно, что с Лоренсом на празднике сестра, а не невеста. Хоть отбивать не придется.

— Это не смешно, Снежинка! Прекрати! В смысле, София…

— А, по-моему, очень даже смешно. Рассказывай, что самое неприличное ты сделала благодаря дару!

— Подглядывала за отцом и его любовницей! — выпалила Евгения, охнула и зажала рот рукой, но это не помогло. Она продолжала говорить, пусть и не совсем внятно. — Я ничего та-акого не видела. Они просто целовались. Но я так разозлилась! Отец говорил, что она самая красивая женщина на свете! Краше он не встречал! А как же мама⁈ В общем, потом я этой красавице мышей в постель подбросила. Я-то грызунов не боюсь. Ох и крику было!

— А сестры? Что ты им сделала?

— Следила. И не раз. Было забавно узнавать их секреты. Не потому, что хочу использовать. А потому что могу! За тобой не следила, нет. Смысл? Ты же и так всё разбалтываешь. Ну, хватит, София! Это гадко!

— Зато ты почувствовала, какого быть мной, — припечатала я. — Вы же всегда мне провокационные вопросы задавали друг про друга. А потом обижались на меня. Полагаешь, это не было гадко?

— Было… — проворчала я сестра. — Ладно-ладно, я всё поняла. Прекращай.

— Хорошо. Но надо же было проверить, есть эффект или нет.

Я покосилась на тетушку Мелину, которая внимательно наблюдала за происходящем. Не на ней же устраивать проверку в самом деле. Мало ли какие у нее секреты. А Евгения — это просто Евгения.

«Переворачиванием» моего дара тетушка занялась прямо с утра, разбудив нас ни свет, ни за заря. В девять часов лавку открывать, и нельзя меня подпускать к покупателям с обычным даром. Блаженная София в лавке без надобности. Мы не поняли, что именно сделала тетушка. В смысле, как работал этот позаимствованный у папеньки дар. Она просто посмотрела на меня изучающим взглядом. Долго смотрела. Закрыла глаза. Постояла так пару минут. Потом снова посмотрела. И всё. Сказала, что ближайшую неделю не я буду говорить правду, если не хочу, зато будут те, кому соизволю задать вопрос.

— Кстати, тебя тоже надо проверить, — спохватилась Евгения. — Рассказывай, кто твой отец?

— Лесной король, — брякнула я. Но больше по привычке. — То есть… он брат тетушки Мелины. Живет далеко. Мельник! Вот! Боги… Как хорошо-то!

Разумеется, порадовал не тот факт, что папенька моими стараниями обрел новую работу. А то, что я сумела соврать.Впервые в жизни. А на душе как легко стало! Не из-за вранья, конечно. А из-за возможности не отвечать чистую правду из раза в раз. Она ведь редко бывает удобной, если рубить с плеча и не приукрашивать.

— Идемте в лавку, девочки, — объявила тетушка Мелина, довольная результатом своей работы. — Пора открываться. И главное, договоритесь, что будете рассказывать покупателям о прошлом. Дабы не было расхождений. Это, как минимум, покажется странным. Решат, что вы что-то утаиваете. Поползут сплетни. Город у нас хоть и хороший, но болтуны везде найдутся.