Книга Серебряные крылья, золотые игры, страница 132 – Иви Марсо

― О, Бастен.

Я не уверен, где заканчивается наш фарс и начинается настоящий трах, но я обхватываю узкую талию и утаскиваю ее в тень камеры, как можно дальше от посторонних глаз. Мы должны притвориться, будто она моя шлюха на эту ночь, но это не значит, что я хочу поделиться ее видом с кем-то еще.

― Позволь мне помочь тебе, ― говорит она, задыхаясь.

― Как?

― Расскажи мне о своих противниках. Их слабые места. У нас еще есть несколько дней до боя, я могу что-нибудь придумать. — Она медленно обхватывает правой ногой мои бедра, ее сладкая киска прижимается к моему твердому члену под брюками, и я с трудом вспоминаю, как меня зовут.

Мне требуется усилие, чтобы сглотнуть.

― Большинство не представляют угрозы. Есть несколько хороших бойцов ― некоторые даже тренированные, ― но я могу их победить. Меня беспокоят те двое, которых поцеловал бог.

Она откидывает голову назад, чтобы посмотреть в глаза.

― Есть и другие поцелованные богом бойцы?

Я опускаю голову и целую верхнюю часть ее груди, медленно спуская с плеча бретельку платья.

― Мужчина, наделенный силой, и женщина, управляющая ветром. Они были… улучшены.

Она впивается ногтями в мой скальп, пока это не становится почти болезненным.

― Лучше, чем быть поцелованные богом? Что ты имеешь в виду?

― Ты слышала слухи о том, что Берольт ставит опыты над поцелованными богами людьми?

Ее руки замирают, прежде чем продолжить.

― Да.

― Ну, я виделих собственными глазами. Он поработал над этими двумя. Изуродовал их, превратив в лучших бойцов. И в процессе, вероятно, свел их с ума. — Мои губы склоняются над ее родимым пятном. ― Я не знаю, смогу ли я превзойти их.

Она крепко сжимает мои плечи, встряхиваяменя.

― Ты не умрешь на арене, Бастен Боуборн. Ты слышишь меня?

Я опускаю голову, стыдясь смотреть ей в глаза.

Она рывком поднимает мой подбородок и прижимает мягкие ладони к лицу, заставляя посмотреть на нее.

― Мы тоже поцелованы богом ― никогда не забывай об этом. Я буду в ложе. Я позабочусь об этом. Райан не сможет удержать меня. Публика требует этого. Они поют о нас баллады на улицах ― мы для них ожившая сказка. Знаменитые влюбленные Дюрена.

Моя ладонь касается ее спины, но близость, которой я жажду, кажется недосягаемой.

― Они никогда не подпустят тебя к тиграм.

― Глупый мужчина, ― ласково говорит она, поглаживая большим пальцем мою скулу. ― Вы всегда думаете, что чем больше, тем лучше. ― Она наклоняется ко мне, и наши губы соединяются в поцелуе. ― Поверь мне, Бастен. Я могущественнее, чем ты думаешь.

― Тогда ты действительно богиня, потому что я думаю, что ты чертовски невероятная.

Я овладеваю ее губами, и в этом нет ничего показушного. Вот уже несколько недель я снова погружаюсь то в одну, то в другую отхожую яму, подобную тем, из которых я годами пытался выкарабкаться. Я бы предпочел подвергнуться пыткам, чем вернуться в то темное прошлое. Единственное, что может спасти меня, ― это она.

Она плотнее обхватывает мою талию, покачивая бедрами. По коридору разносятся стоны и звуки соприкосновения тел, а воздух наполняется терпким запахом секса.

Сабина наматывает прядь моих волос на палец.

― Я должна исполнить роль твоей шлюхи, ― напоминает она мне с придыханием, маня меня взглядом сирены. ― Разве мы не должны сделать это убедительно?

Эта женщина станет моей смертью, и я с радостью подчинюсь. Я хватаю ее за подбородок и провожу языком по ее приоткрытым губам. На вкус она как лаванда, цветочная и такая нежно-сладкая. Она вплетает пальцы в волосы на моем затылке и держит, как жеребца, а я другой рукой обхватываю ее попку и приподнимаю ее ноги вокруг своих бедер.