Книга Серебряные крылья, золотые игры, страница 127 – Иви Марсо

И все же наступает краткий, прекрасный миг, когда я сижу на нем верхом, как сама бессмертная Фрасия в истории «Гонка Солнца и Луны». В этот момент я думаю ― я могу это сделать. Это действительно возможно.Впервые я вижуперед собой путь. В груди зарождается странный гул, шепот, будто я уже делала это раньше, глубокая связь со зверем, заставляющая родимое пятно на груди пульсировать, как второе сердце.

Шепот становится звуком, словно забытый сон. Слово. Нет, имя. Т?

Не проходит и трех секунд, как он резко останавливается и, взбрыкнув мощными бедрами, перебрасывает меня через свою голову по дуге, пока я не врезаюсь спиной в песок.

Черта с два,― фыркает он.

Несмотря на боль, пронизывающую мое тело, я ошеломленно улыбаюсь звездам, подмигивающим через открытый люк над головой.

Я сделала это. Мгновение я скакала на нем.

Я смутно осознаю, что в манеж вбегают солдаты и железными копьями загоняют единорога обратно в стойло, слышу торопливые шаги Максимэна, который опускается на колени рядом со мной.

― Проклятые боги, ― бормочет он, нежно ощупывая мое левое предплечье. ― У нее сломана рука ― позовите лекаря!

Последнее, что я помню перед тем, как потерять сознание, ― это абсолютно лишенное выражения лицо Райана, нависшее над моим, когда он говорит:

― Видишь, певчая птичка? Тебе нужна только правильная мотивация.

Глава 22

Вульф

Кирпичные стены. Железные прутья.

Вот он я, в очередной камере, прикованный к прошлому, от которого, как мне казалось, я давно освободился. Тогда я боролся за свой ужин. На этот раз ― за помилование. Я почти слышу гул кровожадной толпы на трибунах над головой, который эхом отдается в моей голове.

Я сжимаю костяшки пальцев, вспоминая старые навыки.

Вот что я скажу о казармах бойцов под ареной Дюрена ― это все еще тюрьма, но еда здесь в разы лучше, чем в подземелье.

Последнюю неделю меня вместе с другими бойцами откармливают тушеной говядиной и хлебом с маслом. Меня лечит поцелованный богом лекарь, которого наняли Валверэи. Со мной обращаются, как с призовым боровом перед закланием. И да, меня не покидает мысль, что именно так мы поступали с Максом, чтобы привести его в достаточно хорошую форму для пыток.

Всего здесь шестнадцать бойцов. Все мы ― «преступники», хотя этот термин трактуется очень свободно, чтобы отобрать сильных бойцов для зрелищности. Есть фермерские мальчишки-близнецы, сложенные как волы, чей дядя не заплатил налоги, а вовсе не они. Целая команда моряков, обвиненных в пиратстве. Капитан Золотых Стражей,который продавал украденную армейскую взрывчатку на Улицах Греха. Проститутка, задушившая жестокого клиента. Пожилой кузнец с кулаками, похожими на наковальню даже в его возрасте. И ― плохая новость для всех нас ― еще два поцелованных богом бойца, мужчина и женщина.

Мужчина ― специанец, наделенный божественной силой. Он и сам по себе достаточно пугающий, но у него еще и стальные пластины на бицепсах, предплечьях, груди и спине, которые буквально прикручены к его костям. Как такое возможно, я понятия не имею.

Но больше всего меня беспокоит женщина. Воровка, которую годами держат взаперти в одном подземелье. Насколько я могу судить, ее дар позволяет ей управлять ветром, включая все, что он может использовать, например землю или воду. Ее родимое пятно было вырезано, а по шее, конечностям и лицу тянутся многолетние шрамы, жутко имитирующие линии богов.