Книга Синий шепот. Книга 2, страница 175 – Цзюлу Фэйсян

Цзи Юньхэ закрыла глаза. Когда подруга заговорила о том, что скрывает Юньхэ под маской спокойствия, ее подавленные чувства едва не просочились наружу. Уголки рта задрожали, а в горле на миг пересохло.

– Спасибо тебе… – только и смогла выговорить она.

На своем коротком веку Цзи Юньхэ испытала немало невзгод, падений и взлетов. Она выказывала все меньше чувств, однако, по мере того как множился накопленный опыт, скрытые в сердце переживания обретали остроту, становились сложнее и многограннее. Сладость благоухала медом, а горечь обжигала язык. Чем ярче полыхали в груди тайные чувства, тем труднее становилось их забыть.

– Нам с тобой необязательно благодарить друг друга.

Вот что значит лучшая подруга навеки… Дальнейший путь до плоскогорья девушки проделали молча и стремительно.

К тому времени, как Цзи Юньхэ и Сюэ Саньюэ вошли в боковой зал, стылый воздух в опочивальне сгустился, пол покрылся льдом, а инистый пух припорошил соседние комнаты, словно в мир возвращалась зима.

Поджидавший в дверях Кунмин нахмурился:

– Поторопитесь.

Цзи Юньхэ ускорила шаг. Линь Хаоцин сидел на краю кровати подле тритона, рядом с ними стоял Ли Шу. Яркий луч света тянулся от сердца Ли Шу к груди Чан И, но не мог пробиться из-за толстого ледяного панциря, сковавшего тело владыки севера. Глаза Линь Хаоцина были плотно закрыты, на лбу выступил холодный пот. Правитель долины не двигался, а вокруг него сияла и переливалась магическая печать.

– Растопи лед на груди тритона, – велела Сюэ Саньюэ. – Только твой черный лисий огонь способен на это.

Цзи Юньхэ опустилась на колени рядом с Чан И, положила руку ему на сердце и посмотрела на застывшее лицо. Затем закрыла глаза, и за ее спиной взметнулись девять хвостов. Лисье пламя тотчас обогрело комнату.

Сюэ Саньюэ впервые увидела лисьи хвосты. Она даже представить себе не могла, что довелось пережить Цзи Юньхэ, чтобы достичь такого могущества… Но подруга не нуждаласьв сочувствии. На самом деле она была как никогда благодарна судьбе за то, что прошла через все испытания и обрела силу вернуть Чан И к жизни.

Черное пламя в руке Цзи Юньхэ разгоралось, отчего ледяная корка становилась все тоньше. Ладонь девушки медленно приближалась к груди тритона, и яркий луч света по воле Линь Хаоцина следовал за рукой Цзи Юньхэ. Чем дальше продвигался луч, тем бледнее становился Ли Шу. Сквозь его тонкую кожу начинали поглядывать сплетения травянистой лианы. Он не был ни человеком, ни демоном. Он лишь растение, которое опутало своими ветвями памятную вещь, некогда принадлежавшую демону-коту.

Когда Линь Хаоцин извлек энергию змеехвоста из тела Ли Шу, тот превратился в безжизненный остов из засохших лиан. Сюэ Саньюэ спокойно наблюдала за тем, как тает лед под рукой Цзи Юньхэ, и ни о чем не тревожилась. Но едва она перевела взгляд на Ли Шу и увидела вместо любимого лица сплетение мертвых лиан, ее глаза потемнели. В центре травянистого клубка краснела нефритовая подвеска, которую носил демон-кот. Незадолго до кровавой жертвы он отдал ее Сюэ Саньюэ, как будто предчувствуя скорую смерть…

В свое время Сюэ Саньюэ дала змеехвосту оплести нефритовую подвеску и принять облик Ли Шу. Поначалу она думала, что всегда сможет отличить фальшивку от подлинного возлюбленного, но чем больше времени проводила в обществе молчаливого спутника, тем труднее ей становилось отличить копию от оригинала… Порой даже казалось, что перед ней настоящий Ли Шу, который просто не может говорить.