Книга Бесстрашная, страница 212 – Лорен Робертс

— Ты Чтец Разума и Контроллер.

Когда он бросается на меня, я направляю локоть к его виску. Меня удивляет, что он быстро отскакивает, уклоняюсь от удара. Мое платье колышется вокруг, когда я бросаюсь вперед, чтобы нанести правый хук в челюсть.

Опять он уклоняется.

Я опускаюсь на подушечки пальцев, кровь гремит в ушах.

Джеб.

Правыйхук.

Кросс.

Ничего.

Ничего не попадает в него.

Я выпускаю разочарованный вскрик, который он находит забавным.

— Не травмируй себя, Пэйдин. Я знаю каждый твой ход.

Конечно, знает.

— Вон. Из. Моей. Головы.

Калум снова смеется, уворачиваясь от следующего удара, который я посылаю в его лицо. Моя кровь закипает, окрашивая щеки жаром. Но ум ясен, и я знаю, что он читает мою мысль.

Я ни за что не покину эту комнату с ним.

Он читает мой единственный план, синие глаза устремлены в мои, губы дергаются в улыбке.

Я останавливаюсь.

Возможно, именно в моей голове ему и место.

Я медленно делаю шаг к нему.

— Ты — неудачник. Не я.

Калум притворяется скучающим.

— Ты не только не смог убить Обычного ребенка, но и оставил меня на пороге Адама Грэя, чтобы следить за своей дочерью. — Его глаза сужаются, когда я медленно приближаюсь. — Я права, да? Часть тебя хотела наблюдать, как я расту. Каждая встреча, каждый разговор с моим отцом — ты узнавал обо мне.

Я тычу пальцем в груду книг у кровати.

— Ты принес их в дом, когда я была ребенком, правда? Даже написал мое имя на обложках. Потому что заботился обо мне…

— Хватит, — протягивает Калум.

Обладая такой силой, ты все равно не смог породить Элитного.

— Жалкий. — Я говорю это слово вслух, наблюдая, как оно поражает его, словно удар.

Ты винишь меня в смерти Айрис, потому что не смог ее спасти.

Один шаг за другим.

Готова поспорить, ты даже не держал ее за руку, не сказал прощай, пока король был рядом.

Мои мысли остры, прорезают его холодную маску с легкостью.

— Прекрати, — бормочет он.

Она никогда не была твоей, Калум.

Ярость трясет его тело.

— Прекрати.

Но я не остановлюсь. Я навсегда буду твоей величайшей неудачей.

Я уже достаточно близко, чтобы видеть блеск слез в его взгляде.

Я похожа на нее, отец? Я преследую тебя?

Руки Калума сжимаются на ушах.

— Хватит!

Смотри. На. Меня.

Его глаза крепко закрываются, и тогда я наношу удар.

Ладони касаются мягкого ковра, когда я падаю на пол, вынося ногу. Слышу как рвется ткань, и Калум падает, теряя равновесие. Спотыкаясь о складки платья, я нахожу кинжал под ними и выхватываю его из ножен.

Мое сердце бьется. Нависая над ним, я подношу лезвие к его шее. Он смотрит на меня — предатель,лжец, убийца Обычных.

Отец.

Это самый обвинительный титул из всех. И я даже не знаю половины того, что он натворил.

Тонкая струйка крови окрашивает острие кинжала.

Сделай это. Убей его.

— Верно, — шепчет он подо мной. — Сделай это.

Я скалюсь.

Он использовал каждого, кого я любила.

— Ты собираешься убить меня или нет, дочь моя?

Низкий рык вырывается из моей груди, движимый болью и ненавистью. Тело дрожит.

И тогда я вырываю лезвие.

Его улыбка холодна.

— Ты такая слабая…

Рукоять кинжала с замысловатой резьбой — кинжала моего настоящего отца — попадает в висок Калума, прерывая слова.

Он лежит без сознания рядом с коленопреклоненной невестой.

Пот стекает по моему лбу, и я бессмысленно смахиваю его рукой. Оружие выпадает из пальцев, тихо ударяясь о ковер. Ноги дрожат, когда я подтягиваю их под себя и с трудом встаю с пола. Ткань струится по ногам, распадаясь каскадом белого. Я смотрю вниз и вижу большую дыру, ползущую вверх по бедру, разрывая кружево и обнажая кусок кожи.