Книга Полжизни за мужа, страница 121 – Нина Бьерн

Мартиан глотнул вина и в последний раз перед выходом из комнаты глянул в зеркало. Хотелось выглядеть безупречно перед тем, как навестить женушку в ее гостевой комнатке. Мужчина усмехнулся. Пусть увидит, как он силен и уверен в себе. И пусть осознает собственную ничтожность. Пусть не думает, что так просто взяла и растоптала его, уничтожила его здоровье и будущее, лишила его возможности продолжить свой род.

Мартиан снова вспомнил, как хотел ее, когда вошел в ту комнату, как целовал девственные, как он считал губы. Прикасался к ее грязи и не знал о ней. Вляпался в следы другого мужчины на ее теле. От этого до сих пор тошнило при одном воспоминании.

Из-за нее отец стал холоден к нему. Мартиан знал, о чем думал его влиятельный родитель, когда с умилением и любовью смотрел на младшего сына. Флориан был запасным вариантом. На случай, если старший сын окажется бесполезным. Отец уже однажды намекнул, что у клана есть и второй наследник. Разговоры отца с наставником об этом Мартиану тоже приходилось подслушивать неоднократно. Это рвало душу. Отец мысленно уже присвоил старшему сыну статус никчемной тупиковой ветви в роду. И все из-за глупой девки, не способной отличить мужа от чужака.

Он шел по дому напряженный сжатый, словно пружина. Готовый продемонстрировать ей свою уверенность и силу. И не важно, что отвращение снова подкатывало к горлу при мыслях о ней, а самойуверенности и силы Мартиан не ощущал. Они появятся, как только он поквитается с ними обоими.

А пока… Девка.

Мартиан толкнул ворота псарни и вошел в стылое помещение. Он уже забыл, насколько она была красивой. Помнил только, насколько она была грязной. Она выглядела жалко. Сжалась в комок на грязной соломе в углу дальнего загона. Когда он вошел она вскочила на ноги и ее лицо побелело от ужаса, когда она узнала его.

Мне казалось, я смотрела в лицо призраку. Монстру из моих собственных кошмаров. Он приближался безупречно одетый, красиво причесанный. Но его взгляд был полон брезгливости и презрения. Он смотрел на меня как на дохлую жабу.

– Думала, что убила меня? – сказал Мартиан, подходя ближе. – Тебе этого хотелось, так ведь?

Нет. Мне не хотелось. Это вышло случайно. И я сожалела. Каждый день сожалела об этом. Первые ночи он всегда снился мне во снах. И я видела свои руки, испачканные в его крови, и не могла отчистить ее. Он готовил мне участь гораздо худшую. Я лишь защищалась. Если бы Нирс не вошел тогда в комнату, у меня бы и на это не хватило смелости. Возможно, я была бы уже мертва. Мартиан избил бы меня до смерти. Но я не хотела его убивать.

– Как нехорошо заставлять несчастного раненого мужа гоняться за тобой по всей Равнине. По болотам бегала, с бродягами якшалась. А в Белый лес зачем ходила? Спрятаться хотела? А у веретенников медовый месяц себе устроили? Отпраздновали мою кончину? – Мартиан положил руки на прутья клетки. – Ну, и как? Хорошо тебе было продолжать спать с ним?

А мне и в самом деле было хорошо с Нирсом. Я чувствовала себя любимой и желанной. Он не бросил меня после сделки с Данкой. Он любил меня. С ним мне было легко и спокойно. Находясь в его руках, я чувствовала, что мне по колено любая беда. И я была готова драться за себя и за него. Наверное, после слов Мартиана я, как примерная жена, должна была устыдиться. Но я не была примерной женой. И стыдиться мне совсем не хотелось.