Книга Каструм Альбум, страница 43 – Анастасия Стрельцова

2

К утру питейное заведение опустело. Выдалась более или менее спокойная ночь без драк и скандалов. Хаким вышел из подсобки глянуть, не остался ли кто еще, и чуть было не упал, споткнувшись о тощее тельце. Он и забыл, что получил в эту ночь помощника.

Мальчик заворочался во сне, тихо постанывая, и затих. Хаким взял верблюжье одеяло, под которым обычно спал сам, и накрыл юношу. Он знал, что в его личной бесконечной истории случайных встреч не бывает.

– А у нас могли бы быть дети, – раздался хриплый, как спросонья, голос.

– У нас могло бы быть всё, но даже то, что осталось, не дает мне сойти с ума.

Кати́ рассмеялась:

– Ты хочешь сказать, что для тебя что-то осталось?

– Слышать тебя – вот что не дает мне свихнуться. Зачем ты каждый раз вытаскиваешь из меня эти никому ненужные признания?

– Ну ты же знаешь – мне скучно. И вот еще, – в голосе Кати́ появились угрожающие ноты, – я хочу, чтобы ты навел здесь порядок. Эти шлюхи всё время лезут своими липкими взглядами к тебе в штаны.

– Знал бы, что ты такая ревнивая, не притащил бы сюда.

– Прекрати, ты полвека не мог меня слышать. Вспомни: когда мне удалось достучаться до тебя, ты, как девочка, потерял сознание.

– Я тогда был пьян.

Паря под потолком, смех рассыпался на миллионы сверкающих брызг.

– Поверь, на этот раз твоя сказка удивит нас как никогда.

– Ты что-то заметила?

– Не скажу, – голос Кати́ заигрывал с Хакимом.

– Я скучаю, – вздохнул Хаким.

Теперь киль от старого пиратского корабля, именуемого «Плавучий сундук», некогда сидевшего на мели возле Аликанте, был встроен в барную стойку таверны как часть декора. Каким-то образом в нем застряла душа Кати́. Хаким не сразу это понял. Он притащил киль в полном отчаянии, что даже не может оплакать тело и похоронить с почестями. Он, пожалуй, впервые в своей долгой жизни был по-настоящему раздавлен. Долгое время киль никак себя не проявлял, но однажды заговорил с Хакимом голосом Кати́. Да, этот день забыть будет сложно…

Хаким усмехнулся. Умная любящая женщина, с которой можно поговорить долгими зимними вечерами, при этом не задумываясь, что ей нечего надеть, – это ли не мечта? Демон сыграл очередную злую шутку. «А мы и не расстроились, правда, любимая?» – сказал в тот день Хаким.

– Так что такого нарыл наш драгоценный губернатор, что ты протер глаза и снова готов к приключениям? – продолжила разговор призрачная Кати́.

– А ты помнишь 1574 год?

– Ах, ха-ха, я родилась в 1660-м. Смешная шутка, – расхохоталась Кати́.

– А я вот хорошо помню.

– Расскажи. Я живу твоими сказками, умоляю.

– Ну что сказать? Много в тот год произошло, но началось всё в далеком 1530-м. Так вот, хороший портной на вес золота, а уж в Аликанте тем более – что сегодня, что в 1530 году. Город рос, развиваясь и принимая королей и пиратов всех мастей. Так что, как ни крути, нужны были камзолы и платья. В семье популярного портного Иеронима Борреса и красавицы Урсулы Фалько родился мальчик Николас Боррес Фалько. Здоровый, розовощекий крепыш отказался идти по стопам папочки и с детства изрисовывал всё подряд, включая готовые камзолы. В один из таких дней хозяин испорченного сюртука был то ли в воодушевлении, то ли в подпитии, но он не оторвал уши мальчишке и голову его отцу, а отправил хулигана учиться в Валенсию к самому Винсенту Хуанесу.