Книга Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея, страница 348 – Мосян Тунсю

– Сегодня это надо будет повторить еще трижды, – убирая угли, заметил Чжучжи-лан. Украдкой бросив взгляд на натягивающего платье на плечи Шэнь Цинцю, он быстро отвел глаза, однако это не укрылось от скрытого занавесью Тяньлан-цзюня:

– И что тебя смущает, глупое ты дитя? – хохотнул он.

«И то правда – что? – подивился про себя Шэнь Цинцю. – Эта грудь, которая только что напоминала овощную грядку по весне? Или вид твоего недавнего обеда? После такого-то чему тут еще смущаться?»

– Прошу, не смейтесь над этим подчиненным, господин, – с убийственной серьезностью отозвался Чжучжи-лан. – У меня нет и тени бесчестных намерений относительно мастера Шэня. – Вновь мельком глянув на заклинателя, он подчеркнул: – Ни тени тех, что вынашивает Ло Бинхэ.

«И какого черта ты говоришь это мне?!» – мысленно взорвался Шэнь Цинцю.

Будто угадав его мысли, Чжучжи-лан подхватил жаровню и, спрыгнув со спины змеи, чтобы принять на себя командование армией на марше. Повинуясь хаотичным движениям спутанных мыслей, Шэнь Цинцю принялся оглядываться. «Синьмо… Где же Синьмо?» – билось у него в голове.

Ах, вот же он, подле сидения Тяньлан-цзюня – тот просто бросил его под ноги.

При виде этого Шэнь Цинцю чуть не покатился со смеху.

Первоклассное оружие, самый прославленный меч «Пути гордого бессмертного демона», равного которому не бывало ни на земле, ни на небесах – и ты вот так кидаешь его куда попало?

Сам новый владелец смертоносного меча преспокойно вглядывался вдаль, опустив подбородок на ладонь. Заметив пристальный взгляд Шэнь Цинцю, он не удержался от вопроса:

– Мастер Шэнь, на что это вы так смотрите? – опустив глаза, он добавил: – Ах, на мой новый меч?

– На меч Ло Бинхэ, – невозмутимо поправил его Шэнь Цинцю.

Эти слова вновь развеселили Тяньлан-цзюня, который добродушно бросил в ответ:

– Мастер Шэнь, я давно хотел кое-что у вас спросить.

– Весь внимание, – отозвался Шэнь Цинцю. «Да ради бога, – добавил он про себя, – вот только на обстоятельный ответ можете не рассчитывать».

– Давно вы с моим сыном стали спутниками на тропе совершенствования [6]?

– Простите, что вы сказали? – оторопел Шэнь Цинцю, уверенный, что неверно расслышал.

– Я спросил у мастера Шэня, как давно он и Ло Бинхэ…

Прежде бесстрастное лицо Шэнь Цинцю невольно перекосилось, и он вскинул ладонь, веля собеседнику замолчать, однако Тяньлан-цзюнь то ли не понял этого жеста, то ли предпочел его не заметить:

– Быть может, мастер Шэнь не понимает, что я имею в виду под «спутником на тропе совершенствования»? Я хотел сказать…

– Довольно, – перебил его Шэнь Цинцю, которому удалось вновь придать своему лицу каменное выражение.

Вам, что, чувство стыда совсем неведомо?!

– С чего вы взяли, – процедил Шэнь Цинцю, – что мы с ним… спутники на тропе совершенствования?

– По правде говоря, – как ни в чем не бывало поведал Тяньлан-цзюнь, – меня всегда интересовали обычаи и традиции Царства людей.

– И что?

В самом деле, какое отношение подобный вопрос мог иметь к традициям и обычаям?

Торжественно воздев палец в воздух, Тяньлан-цзюнь покачал им перед Шэнь Цинцю, а затем принялся напевать простенькую, но мигом цепляющую слух мелодию.

Шэнь Цинцю всегда гордился безупречностью своих манер и не знающей себе равных способностью к самоконтролю, но, чем дольше звучала эта песенка, тем труднее ему было сохранять фасад непробиваемого спокойствия.