Книга Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея, страница 346 – Мосян Тунсю

– Что бы Ваша Милость ни собиралась со мной сделать, прошу, не медлите. Как вы уже упоминали, будучи вынужден выпить кровь вашего брата столько раз, я уже начал к этому привыкать. Но даже не думайте выторговать за меня тело своего сына. Ло Бинхэ, если ты пойдешь на его условия, клянусь, я убью себя, не сходя с места.

– Учитель… – в бессильном отчаянии выдавил Ло Бинхэ.

– Ни слова больше, – оборвал его Шэнь Цинцю.

– Кто сказал, что мне нужно его тело? – сухо бросил Тяньлан-цзюнь, воззрившись на него нечитаемым взглядом.

От подобного поворота Шэнь Цинцю напрочь утратил дар речи.

– Оно не идет ни в какое сравнение с моим благородным обликом, так зачем оно мне?

Что за безумное зеркало сказало тебе, что ты красивее своего сына???

И кто, простите, этому поверит???

Уж точно не Сян Тянь Да Фэйцзи, который собственной рукой заверял, что во всем этом поднебесном мире ни единому мужчине, будь он стар иль млад [4], во веки веков не сравняться красой с Ло Бинхэ! И все – слышали, все! – будь они друзья или враги Ло Бинхэ, соглашались с этим без лишних споров!

Вот уж что точно удалось Тяньлан-цзюню – так это привести Шэнь Цинцю в полное недоумение.

– Что же тогда вам надо? – сдвинул брови заклинатель.

– Цзюнь-шан желает его меч, – пояснил за господина Чжучжи-лан.

– Верно, – подтвердил Тяньлан-цзюнь. – Я жажду поднести Царству людей неоценимый дар, но сделать это без меча будет затруднительно.

Ах так, теперь мы возжелали самый ценный артефакт главного героя, дающий ему перевес? Шэнь Цинцю собирался было бросить что-то вроде: «И не мечтай!» или «Закатай губу обратно!», когда Ло Бинхэ поднял руку – и Чжучжи-лан повторил его жест, принимая меч. Сделка была заключена в доли секунды – главный герой расстался со своим верным оружием, не потратив ни мгновения на раздумья!

– А теперь верни его! – потребовал Ло Бинхэ.

Чжучжи-лан тотчас обернулся гигантским змеем, подхватив Шэнь Цинцю в огромную пасть. Тяньлан-цзюнь с легкостью запрыгнул на голову змея, хохоча во всю глотку:

– Ты и вправду в это поверил?

Вот уж воистину верх бесстыдства – это ж все равно что взять у ребенка все игрушки на время, а потом не вернуть, делая вид, что ничего не было. Шэнь Цинцю воспылал справедливым негодованием за Ло Бинхэ, которого в очередной раз оставили ни с чем, и потому, презрев рискованную близость ядовитых клыков, язвительно бросил:

– И кто из вас здесь, спрашивается, взрослый [5]?

– Я демон, мастер Шэнь, и этим все сказано, – учтиво отозвался Тяньлан-цзюнь. – Боюсь, что ваш ученик провел чересчур много времени в Царстве людей, позабыв, что демоны никогда не держат своих обещаний. Не говоря уже о том, что и вы, ребята, только делаете вид, будто их держите.

С этими словами улыбка пропала с губ Тяньлан-цзюня, а свет в глазах Шэнь Цинцю померк. Со всех сторон его обхватили красные пульсирующие стенки, замуровав его в тесном пространстве.

Чжучжи-лан его проглотил.

***

Когда Шэнь Цинцю очнулся, пересохшее горло здорово саднило.

Перекатившись, он принял сидячее положение, и обнаружившаяся подле него темнокожая демоница тотчас завопила:

– Он очнулся! – при этом ее слова были едва различимы из-за сильного акцента.

Раздернув занавеси, к нему тотчас заглянул Тяньлан-цзюнь.

– А мастер Шэнь не дурак поспать, – приподняв брови, бросил он.