Книга Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея, страница 123 – Мосян Тунсю

— Итак, мне посчастливилось встретить старейшину Шэня. Вы наконец-то вселили надежду в моё отчаявшееся сердце!

Шэнь Цинцю через силу издал лёгкий смешок.

«Надежду, говоришь — засунь её себе сам знаешь куда, свою надежду, потому что твоё присутствие вселяет в меня кое-что другое!»

Ведь перед ним оказался сам виновник этой смуты собственной персоной!

Шан Цинхуа [2] был редкостным индивидом хребта Цанцюн, выбешивающим Шэнь Цинцю одним фактом своего существования, так что в его присутствии глава пика Цинцзин всегда натягивал мину иронического превосходства: «Знаешь ли, братец Цинхуа, я, между прочим, поступил в Бэйда [3]». Помимо занозы в заднице, эта светлая личность по совместительству являлась главой пика Аньдин [4].

Была у него и другая функция в сюжете — а именно, бомбы замедленного действия, заложенной демонами многие годы назад.

Изначально Шан Цинхуа был не более чем очередным маленьким скромным адептом пика Аньдин — пока не угодил в сети Царства демонов, принудившего его к нелёгкой жизни двойного агента.

Хотя принуждение здесь не совсем верное слово — по правде говоря, он с головой ринулся в то, что считал не более чем увлекательным приключением.

Само собой, демоны не поскупились на бонусы для своего ставленника, так что вскоре ничем не примечательный юноша, без труда ловя благоприятные течения и подгоняемый попутными ветрами, пережил головокружительный взлёт, в конечном итоге приземлившись на весьма комфортабельный престол пика Аньдин.

И всё же, ему и этого было мало. Почему?

Да потому что Аньдин!

Амбиции — последнее, с чем ассоциировалось это мирное название. Специализация этого пика была немудрёной под стать имени — адепты Аньдин издавна занимались вопросами снабжения.

Следуя своему долгу, глава пика Аньдин не знал покоя: сегодня тут требовался тяжёлый физический труд, до которого не нисходят обитатели иных пиков, завтра там — доставка материалов и продовольствия по крутым горным тропам.

Что за жизнь ведёт повелитель подобного места? Внушает ли эта позиция должное почтение? Позволяет ли пускать пыль в глаза и задирать нос? Да и вообще, может ли он считаться полноценным главой пика?

Даже простому одаренному адепту с другого пика и то достаётся больше почестей!

Так Шан Цинхуа и сделался ручной собачонкой Царства демонов. Вознамерившись во что бы то ни стало способствовать установлению господства демонов над людьми, он творил по-настоящему дурные вещи.

Высокомерно вздёрнув подбородок, Шэнь Цинцю процедил:

— Шиди Шан. Надо думать, вы намереваетесь укрыться здесь от какого-то огромного монстра?

— Огромного монстра? Да вроде тут нет таких, — удивлённо обернулся Шан Цинхуа.

Сердце Шэнь Цинцю пропустило удар. Как это нет?

Этот самый «огромный монстр» являлся одним из ключевых моментов сюжета. В оригинальной книге древняя небесная демоническая печать была сорвана с крови Ло Бинхэ после того, как в ущелье Цзюэди запустили хэй юэ ман си [5] — гигантского черного лунного носорога-питона.

Защищая остальных, Ло Бинхэ бесстрашно ринулся в схватку с монстром, смертоносность которого полностью соответствовала его внушительным размерам. Можно подумать, одного этого было мало — кровь твари, соприкоснувшись с кровью юноши, сдетонировала, сорвав печать.

Так демоническая сущность ученика была явлена Шэнь Цинцю.