Книга Не названа цена, страница 190 – Мария Берестова

Рийар взглянул на него с большим раздражением, передёрнул плечами и спросил:

— Ты точно не ловил никогда фатальных откатов на чувство вины, нет? Впрочем, — перебил он сам себя, — это всё твоя мания идеальности.

Леон догадался, что Рийар расценил его желание поговорить не как внутреннюю потребность, а как потребность следовать привычной линии идеального благородного человека.

— Возможно, — не стал спорить Леон, хотя раньше бы оскорбился, и его спокойное согласие так не вписывалось в его обычное поведение, что Рийар бросил на него взгляд откровенно изумлённый. — Я… — попытался было что-то сказать он, но Рийар его перебил:

— Слушай, — взволнованно заговорил он, подавшись в сторону брата, — я бы попросил тебя использовать магию для принуждения дать честный ответ, но на мне не сработает — я себя заколдовал — и…

— Что? — переспросил Леон, не веря, что расслышал правильно, и удивляясь тому, как легко Рийар оставил язвительную острую манеру, как только Леон показал готовность его слышать.

— Я себя заколдовал, — отмахнулся Рийар от того, что считал маловажным. — На меня теперь не действует никакая чужая магия, в том числе и магия принуждения. Но ты ведь можешь заколдовать себя, чтобы отличить, правду ли я говорю, или попросить кого-то из охраны…

У Леона сошлось в голове, как Рийар умудрился при допросах не замешать в дело свою команду. Внутри себя он поставил галочку, что нужно разработать какой-то тест, чтобы иметь возможность проверить преступника или подозреваемого на то, не повторил ли он трюк Рийара.

— Что же это за страшное признание ты хочешь сделать? — спросил, наконец, Леон, поскольку Рийар смотрел на него напряжённо и ждал ответа.

С удивлением Леон отметил, что Рийар слегка покраснел. Как, как можно было всю жизнь быть таким слепым и не замечать за ним таких вещей?..

— Я хотел бы, чтобы ты был уверен, что я говорю правду, — тем не менее, с убеждённой твёрдостью ответил Рийар.

— У тебя же и так откат на неприятие лицемерия? — поднял брови Леон. — Уж, думаю, моего профессионализма хватит, чтобы заметить, как тебя корёжит.

На лице Рийара нарисовалось смятение: он, кажется, совершенно забыл, что сказал брату и об этом откате тоже, и теперь не знал, как выкрутиться.

— Он закончился, — наконец, сдавленно выговорил он.

— Фатальный откат? Закончился? — иронично переспросил Леон, не понимая, почему Рийар не пытается воспользоваться возможностью обмануть его.

Рийар сжал зубы.

— Я ошибся, — почти прошипел он, — он оказался не фатальным.

Леон хмыкнул.

— И, по странному стечению обстоятельств, одновременно с ним закончились и все другие твои фатальные откаты, скажем, на реверс моей речи? — невинным тоном уточнил он.

Рийар нервно дёрнулся и бросил на брата взгляд мучительный и молящий.

— Я не планирую выяснять, откуда у тебя артефакт и как ты умудрился спрятать его от следствия, — спокойно уведомил Леон. — Я и вообще сдал это дело, — напомнил он, — и, к тому же, имею все права не доносить на родственника.

Под пристальным, полным надежды взглядом Рийара ему стало неловко.

— Так что либо признаёшься так, — заключил эту тему Леон, — либо дай мне вернуться к моей мысли.

— Я не смог бы тебя убить, — хрипло выговорил Рийар, словно боясь, что, если промедлит, ему не хватит мужества.

Нервно сжатые его пальцы вцепились в обивку сидения.