Книга Пламенный цветок, страница 180 – Мира Ризман

Подъезжая к Храму Вира, на Этьена невольно нахлынули воспоминания. Взволнованная Зарина в ослепительном жёлтом платье с багровым цветком в руках, его неизбывная тоска по нагской жрице, к которой тянуло даже на расстоянии, и приставленный конвоиром Франсьен, отравляющий каждую минуту существования едкими издёвками.

— Как жаль, что великий О’дар тогда не послал с тобой на церемонию парочку драконов! До сих пор не могу забыть твоё эпичное появление во Дворце Совета в окружении драконьей стражи! — Кузен подкрался к нему со спины и не преминул напомнить о досадном прошлом.

— О, какая занятная у тебя фантазия, Франс! Обещаю непременно выпросить у короля драконов конвой и для твоей свадьбы, — бросил с улыбкой в ответ Этьен, наслаждаясь тем, как от этих слов вновь перекосило лицо кузена.

Больше Франсьен его не доставал. Он вместе с Гволом устроился в дверях и лениво взирал на собравшееся общество. Этьен такой роскоши позволить себе не мог. Его взгляд неизменно цеплялся за бэрлокцев в ожидании подвоха. Но дамы лишь шушукались о нарядах и всякой бессвязной ерунде, а их мужей, сыновей и братьев, якобы волновали только выпивка и предстоящее угощение. И хотя алчный блеск в глазах бэрлокцев выдавал острое желание устроить бойню прямо посреди Храма, они старательно продолжали исполнять роли хамоватых гостей.

А потом у входа появилась Нэйдж, и все мысли Этьена разом перепутались. Она была ослепительно прекрасна, до сладостной дрожи в теле и потери дыхания. Ещё ни одна женщина не вызывала у Этьена столь бурного восторга и неукротимого желания. Он едва мог сдерживать себя, чтобы не наделать глупостей. Ему отчаянно хотелось стереть с лица земли Храм и всех присутствующих в нём, чтобы никто не мог больше мешать их воссоединению какими-то дурацкими условностями. Магия радостно откликнулась на его мысли горячим покалыванием и жаждой свершений. Рассудок затуманился, но тут над ухом раздалось тихое покашливание стоявшей рядом жены. Мимолётный гнев тут же сменился глухим разочарованием. Ему не в чем было упрекать Зарину, напротив, стоило бы поблагодарить, что помогла сохранить контроль. Но он не мог, и даже не хотел смотреть в её сторону, прекрасно понимая, что тем самым причиняет ей страдания.

Осмотревшись, Этьен заметил, что не только его привлекли чары Нэйдж. Почти все присутствующие мужчины не могли оторвать взгляда от невесты. Однако если в глазах линкцев читалось неподдельное восхищение, то бэрлокцы не стеснялись своей похоти. И только жених, на удивление, остался хладнокровен. Ледяная опасная улыбка, застывшая на его лице, не выражала и тени вожделения или интереса к невесте. Она — просто военный трофей, который достался ему слишком легко! И, словно желая наглядно показать истинное положение дел, он нацепил на руку Нэйдж браслет, объявив нелепое украшение, сильно напоминающее наручник, подарком невесте. Его даже не смутил чёрный цветок в её руках. Похоже, Андреас, как и Этьен не придавал особого значения суевериям, тогда как королева Мирина не сдержала горестных причитаний:

— Бедная моя девочка! О, Вир, как ты можешь быть так жесток!

Лицо Бродерина помрачнело, выдавая искренние переживания. Ему явно потребовалось всё своё самообладание, чтобы провести обряд. Тень горечи вновь пробежала по его лицу, когда чёрный лотос разделился и отпечатался на коже молодожёнов, тем самым признавая их союз. Бродерин, похоже, до последнего надеялся, что Вир одумается и сжалиться, а его цветок рассыплется в прах. Однако бездушный бог оказался немилосерден и на удивление беспечен, связывая своими узами чужую жену.