Книга Княжна Екатерина Распутина, страница 82 – Ольга Токарева

— Спа-си-бо, — прошелестел ее едва различимый голос.

Я бережно укрыла Анастасию одеялом и, подняв взгляд, застыла в изумлении. Вокруг ее тела мерцали призрачные двойники — ее эфирные оболочки, о которых читала в одной из книг.

Но это было лишь начало. Я увидела сложную паутину энергетических каналов, окутывающих ее, словно светящиеся нити. Магические потоки, выливаясь из магического источника, опоясывали каждый орган, каждую клеточку. Я даже узрела собственную целительскую энергию, рьяно принявшуюся за работу, латая и восстанавливая.

— Что-то не так? — в голосе Анастасии прозвучал тихий испуг, и я поспешно отмахнулась от ее страха натянутой улыбкой.

— Нет… Все хорошо, — пробормотала я, торопливо выходя из комнаты.

В коридоре я столкнулась со служанкой, несущей поднос с дымящейся тарелкой ароматного куриного бульона. От запаха, словно выпущенного из волшебного флакона, в животе предательски заурчало, и я ускорила шаг в направлении той, кто была кудесницей этого поварского искусства.

Шагая по коридору, я погрузилась в размышления. Использование новой магической силы словно открыло потайную дверь в моем сознании, наградив еще одной способностью. Теперь я могла видеть энергетическую систему человека, ее тонкие переплетения и потоки. Но с ее устройством, принципами и возможностями мне лишь предстояло разбираться…

Непогода хозяйничала за окном, резкий холод пробирал до костей, и слуги перешептывались лишь о неминуемых ночных заморозках, предрекающих гибель урожая. Лежа в постели, я внимала завываниям шквального ветра и монотонному перестуку холодных капель, барабанящих по стеклу.

Мои летние каникулы, наконец, вступили в свои права, чего нельзя было сказать о детях Петра Емельяновича. Их возвращение домой ожидалось лишь в августе — весь июнь они проведут за экзаменами и зачетами, а июль посвятят оттачиванию своих магических способностей. Младшим дочерям барона повезло больше: их ждала поездка к морю, заслуженная награда за усердную учебу.

О лазурных водах мне оставалось лишь мечтать. Как же хотелось хоть одним глазком взглянуть на колышущуюся водную гладь, ощутить мягкость песка под руками, внимая безмятежному шепоту волн, отдаться во власть умиротворения. Но мои мысли были заняты иным — семейством Соловьевых.

Подперев голову рукой, я вновь и вновь прокручивала в памяти свою жизнь в этом доме, лица и характеры его обитателей. Я отчаянно пыталась выявить убийцу, но пока безуспешно. Когда Анастасия, первая по счету (я стала нумеровать девушек с одинаковыми именами), слегла с болезнью, и у меня, и у Резника мелькнула мысль о предрасположенности к недугу. Но одно весомое «НО» разрушало эту теорию: я лично просканировала тело третьей жены Соловьева, и она была абсолютно здорова.

Теперь, когда похожая напасть обрушилась на Софью, моя голова раскалывалась от мыслей о том, как избавить её от этой тёмной сущности. Ссылаясь на нездоровье, женщина почти не покидала своих покоев. А Анастасия Первая, напротив, пошла на поправку, заслужив косые взгляды окружающих. Несомненно, её обвиняли в недуге Софьи. Но экспериментировать с Хромусом, леча вторую жену барона, мы не решились. Слишком долго она прожила с ним, вдруг заметит мельчайшие несоответствия, видимые лишь ей.