Книга Жена Короля и любовница ветра, страница 95 – Аманда Франкон

Поборов беспричинный ужас, я всё же спрыгнула в узкий подземный коридор и, пройдя несколько шагов, выбралась в комнату вроде кладовой. Здесь стало совсем темно, поэтому я постаралась как можно полнее ощутить воздух вокруг. И, как только мне это удалось, вздрогнула от неожиданности: за одной из пустых сломанных бочек сидел, покачиваясь, тощий старик.

Седая борода линялой дорожкой стелилась по ногам, костлявыми руками он обхватывал острые колени, которые, казалось, сейчас прорвут истертую ткань чёрной мантии. Незнакомец так исхудал, что неровности черепа просматривались сквозь истонченную кожу. Старик широко улыбался беззубым ртом, а скулы его выглядели острыми, как лезвия ножей.

— Кто здесь, — едва слышно прошептал незнакомец, почувствовав прикосновение моей магии.

— Меня зовут Тэйла. Я…

Договорить не успела. Старик молниеносно поднялся, рванулся ко мне и с неожиданной силой схватил меня за шею, прижимая спиной к ледяной стене подвала.

— Ещё один воришка! Нет, падаль, ты ничего не получишь! Вы — все вы, «новые маги», рано или поздно станете просто пустышками! — старик хрипел, от его зловонного дыхания кружилась голова, а длинные ногти всё сильнее впивались в мою шею.

— Хочу… учиться, — с трудом выдавила я, пытаясь одновременно пнуть старика, но на мои потуги он совершенно не реагировал.

— Тилэрри, — ещё раз попыталась я.

Сработало. В безумных бледных глазах мелькнула искра узнавания, и старик выпустил меня. Упёрлась ногами в землю и спиной — в стену, чтобы не рухнуть на колени, и с наслаждением втягивала затхлый воздух. Старик смотрел на меня недобрым взглядом, и от него фонило настолько мощной магией, что я спустя лишь несколько секунд поняла — даже без еды и воды он протянет тут ещё лет сто. Если не уничтожит сам себя в порыве помешательства.

Продолжать разговор безумец не спешил, так что пришлось брать инициативу на себя.

* * *

— Мне нужен словарь, чтобы…

— Словарь?! Ты не годишься! Но ты его получишь, и пеняй на себя! — вдруг взревел старик.

Он снова рванулся ко мне, и я опять не успела даже пискнуть. Обхватил цепкими, крючковатыми пальцами мое лицо, ногти впились в щеки так сильно, что кожу зажгло. Но я не могла даже двинуться: взгляд серых глаз будто гипнотизировал меня. Я не могла ни повернуть головы, ни двинуть рукой — никак не разорвать зрительный контакт, который привёл меня в полнейший ужас. Захотелось упасть на пол и забиться в истерике, я ощутила невиданную ярость, боль и бездонное одиночество, и как только пришло осознание, что эмоции не мои, а старого безумца, голову пронзила такая резкая боль, что перед глазами всё потемнело, и я завизжала так громко, что сама похолодела от звука собственного голоса.

Казалось, череп разбился на части, и острые осколки впиваются прямо в мозг. Боль пронзала затылок, быстро спускалась ниже — к шее, спине, а перед мысленным взором проносились сотни сложных символов, вид и значение которых отпечатывались в памяти как след от раскалённой кочерги на светлой коже.

Я даже не почувствовала, в какой момент безумец отпустил моё лицо, и я рухнула на пол. Боль всё ещё лавой текла по венам, пульсировала в висках, сжимала в тесный обруч лоб и затылок. Хотелось выть, но лицо не слушалось — я не могла открыть рот и только бессильно мычала, отчего вскоре начала задыхаться.