Книга Рука и сердце Ее Высочества, страница 59 – Аманда Франкон

– Я всё ещё не понимаю, почему отец не рассказал мне, кто из принцев Базиль должен был приехать, – пробормотала я. При малейшем воспоминании о Лайонэле меня снова начинала бить крупная дрожь.

– Вы можете об этом спросить, – граф почти равнодушно пожал плечами.

Глядя на него, я вспомнила слова Изабеллы. Но сейчас как никогда сильно казалось, что она ошибается. Либо у графа отменное самообладание.

– Да… Надо поскорее со всем этим закончить. Тем более, что выбора у меня не осталось. Лайонэл интриган, Бранн не может, да и не захочет, особенно теперь, принять корону. Остаётся только Карим… – я поднесла бокал ко рту и с удивлением обнаружила, что он уже опустел, а по телу разлилась приятная слабость. Я нечасто пила крепкие вина, так что алкоголь быстро дал о себе знать.

– Карим, который распродаст половину границы. Он уже отдал во владения Базиль большой кусок личных территорий, часть денег пустил на новые заводы, но куда делись остальные – не знают даже его министры. Я опасаюсь, что и наша страна превратится в товар, – с неожиданной жесткостью сказал граф, отставляя пустой бокал.

Его самоуверенность и рассуждения – в общем-то верные – меня отчего-то разозлили. Раздражал сам факт того, что я изначально верного выбора просто не существует.

– И что, по-вашему, мне вообще теперь замуж не выходить? Просто так взять и отменить обещание перед народом? Или может, раз подходящих кандидатов нет, вы сами женитесь на мне?! А что – вы отлично разбираетесь в нашей политике и культуре, и даже на турнире победили! Просто идеальный король! – последнюю фразу я сказала с лёгким сарказмом.

Граф Наварро повернулся ко мне с ироничной улыбкой.

– Ваше Высочество, если я правильно понял, вы только сделали мне предложение руки и сердца? – спросил он, внимательно глядя мне в глаза.

Только теперь до меня дошло, что именно я высказала вслух. Сердце грохотало в груди, плечи дрожали – теперь уже не от холода, а тело хранило память о тепле сильных рук, которые несли меня через тёмный потайной ход. Разум кричал о том, что стоило бы заткнуться или отшутиться, но странная удаль одержала верх.

– Да, вы поняли верно, – со смехом и вызовом ответила я.

Ожидала насмешки или серьёзной лекции о политике и правилах, но граф Наварро молча поднялся и подошёл ко мне. Я удивлённо вжалась в кресло, одеяло выпало из рук и укатилось куда-то на пол. Армандо встал на одно колено, склонил голову, а потом поднял на меня взгляд, в котором читалась такая дикая боль, что мне стало не до веселья.

– Ваше Высочество… Лучиана. Я люблю вас, и с равным удовольствием пойду по вашему приказу и под венец, и на плаху. Если вы говорите серьёзно, я готов рискнуть и репутацией, и жизнью, и просить у Короля вашей руки. Если нет – не терзайте понапрасну моё сердце, и прошу, давайте навсегда забудем этот разговор.

Я замерла в попытках придумать достойный ответ, но подходящие слова всё никак не приходили на ум. Вместо ответа я наклонилась к лицу графа и едва ощутимо коснулась губами его губ. Хотела отстраниться, но он мягко притянул меня к себе и углубил поцелуй.

В этот момент я забыла обо всём на свете: и долг, и ужасны сегодняшнего дня мгновенно стёрлись из памяти. Остался только океан неизведанных, новых для меня эмоций.

Когда граф отстранился, я выдохнула и, глядя в омуты бездонных глаз, сказала: