Книга Рука и сердце Ее Высочества, страница 36 – Аманда Франкон

Изабелла кивнула и снова взялась за пяльцы, однако теперь ее движения были хаотичными, нитка то и дело путалась, а пальцы подрагивали.

– А как же принц Лайонэл? Мне показалось,, он очень галантный кавалер, – сказала фрейлина с придыханием, а я насторожилась – обычно Изабелла проявляла гораздо меньше эмоций.

– Он слишком манерный. Но с годами, возможно, сделается достойным мужчиной, – поразмыслив, ответила я.

Сразу вспомнился разговор с графом Наварро и его подозрительность, но я тут же постаралась подумать о чем-нибудь другом и опустила взгляд на набросок. Однако с удивлением и легким негодованием обнаружила, что из-под грифеля вышла та же сцена боя между кабаном и вооруженным копьем мужчиной. Правда, теперь она обрела больше деталей, и хоть я злилась, глядя на нее, мне все же очень хотелось превратить эти штрихи в настоящую картину.

– Это очень печально, – вдруг выдала Изабелла, и я удивленно подняла голову, отрываясь от мысленного подбора подходящих цветов для будущего полотна. – Получается, что вы выйдете замуж не только без любви, но даже и без взаимной симпатии.

– Большинство принцесс выходят замуж именно так. Мне еще повезло: я хотя бы видела своего жениха до свадьбы, – я с показным равнодушием пожала плечами, однако душу кольнула внезапная боль.

Я сама не до конца понимала, отчего вдруг стало так тоскливо, но не могла противиться этому чувству.

– В таком случае вам, возможно, будет выгодно выбрать по крайней мере того, кто питает к вам нежные чувства. Такой человек впоследствии может пойти на политические уступки ради вас. Например, слуги рассказывали мне, что принц Лайонэл в вас безумно влюблен, хоть и тщательно скрывает это, опасаясь проявлять свои чувства при конкурентах.

Слова Изабеллы меня удивили. В поведении принца королевства Базиль я не улавливала ничего, кроме обычной придворной вежливости. Но как только я вдохнула, чтобы расспросить фрейлину подробнее, в дверь покоев постучались. Изабелла вспорхнула с места и поспешно открыла дверь. Я заметила, как одна из горничных с поклоном просит впустить ее. Фрейлина отступает в сторону и худенькая девушка, воровато оглядываясь, проскальзывает внутрь.

С глубоким реверансом она протянула мне письмо, перевязанное ярко-алой лентой, и с придыханием пояснила.

– Его Высочество принц Лайонэл просил передать вам это.

Я не спешила брать записку. Прежде с удивлением оглядела тонкий сверток, но не заметив на нем никаких пояснений, все же приняла его из рук горничной. И только когда служанка вышла, вскрыла его.

«Ваше Высочество, принцесса Лучиана,

Прошу простить мою дерзость, но я хотел бы побеседовать с вами наедине (насколько вообще возможно для королевских персон подлинное уединение), в саду сегодня вечером.

Навеки ваш слуга, Лайонэл», – гласила записка.

– Похоже, в сплетнях слуг есть доля истины, – тихо сказала я, показывая записку фрейлине.

Изабелла, быстро пробежав взглядом по витиеватым строкам, улыбнулась.

– Вы, конечно же, не пойдете совсем одна, – вдруг обеспокоенно спросила он, округлив глаза. – После всего, что случилось, это для вас слишком опасно. Я уверена, что намерения принца Базиль благородны, но…

Я махнула рукой, призывая Изабеллу замолчать. Иногда она слишком сильно вживалась в роль глупой девушки из свиты. Однако за ее лепетом стояло вполне здравое предложение: надо собрать побольше фрейлин прежде, чем идти в сад. Пусть и они гуляют по дорожкам парка где-нибудь неподалеку. В том, что на это простое приглашение стоит откликнуться, я даже не усомнилась – любопытство просто не позволило бы мне поступить иначе.