Книга Попаданка для короля морей, страница 35 – Аманда Франкон

Не зная, что делать с такой откровенностью, я накрыла своей ладонью чешуйчатую, перепончатую руку старика. Он поднял на меня взгляд влажных глаз и снова вздохнул.

– Я знаю, что ты не спасёшь нас, девочка. Меня так точно. Капитан и себя терзает, и тебе жизнь сломал, да только без толку всё это. Беги, пока можешь бежать. А не то… – старик замолчал и пошире развёл пальцы, демонстрируя плотные перепонки между ними.

Ещё несколько мгновений мы сидели в тишине. Потом старик вскинулся, вскочил из-за стола и подошёл к одной из бочек.

– Что это я слюни распустил, старый пень. На вот, возьми воды, рыбки и фрукты. Не знаю, сколько тебе придётся сидеть в каюте, так что запасайся.

Кок засуетился, собирая мне целую гору припасов в чистый, мной лично стиранный мешок, но всё это время старался не встречаться со мной взглядом. Я наблюдала, как он заботливо вкладывает поверх фруктов те самые водоросли, которые придают воде привкус апельсинов, и украдкой смахнула со щеки слезу.

– Может, в последний раз, – сказал старик, передавая мне мешок. – В коне-концов, я всегда любил плавать.

– Не в последний, – я слабо улыбнулась, хоть и сама не верила своим словам, и вышла из камбуза.

К горлу отчего-то снова подкатывали слезы, погода стремительно испортилась под стать настроению. Когда я вошла в общую для офицеров каюту, не сразу услышала, что кто-то тихо всхлипывает в углу справа. Но когда обернулась, поняла, что под окном, в темноте, на полу сидит Мариота. Я сделала два шага к ней и наклонилась.

– Что слу…

– Уходи! – крикнула она, поднимая заплаканное лицо. Опустив взгляд, я заметила, что в руках она сжимает клоки собственных волос – уже не золотые, а безжизненные, напоминающие сухую древесную кору.

– Ну, что уставилась?! Проваливай!

Я даже не вздрогнула. Опустила свою ношу, присела рядом с лекаркой и – неожиданно даже для себя – крепко её обняла. Ожидала, что морячка будет отбиваться, но она лишь уткнулась носом мне в плечо и смачно всхлипнула.

– Всё из-за тебя, – почти пробулькала она, втягивая сопли. – Ты… Не любишь его, а он такой… Такой…

– Я не заставляла вас бегать от проклятья богинь, – вяло возразила я, поглаживая Мариоту по остаткам некогда густой шевелюры.

Её нападки никогда не задевали меня, а теперь я, кажется, начала понимать их причину.

– Какой? – с усмешкой спросила я, пытаясь хоть немного отвлечь лекарку.

– Он всегда такой спокойный – и раньше таким был, ещё до проклятья. И точный, и прямолинейный. Никогда не говорит лишнего, но если и говорит, то всё понятно. Он заботился обо всех нас. Хотел избавить от этого, – морячка показательно провела рукой по полосам чешуи на висках. – С ним рядом так спокойно, я…

Мариота покраснела и замолчала.

– Так может, у тебя снять проклятье получится лучше? – я постаралась придать голосу шутливый тон, но спрашивала вполне серьёзно.

Лекарка, едва успокоившись, снова разрыдалась.

– Его может спасти только любовь человека, а я – рыбина.

Мариота спрятала лицо в ладонях и ещё раз громко всхлипнула. Я немного отстранилась от неё, но всё ещё поглаживала по дрожащей спине.

– Откуда вы об этом знаете? – этот вопрос вертелся на языке ещё в тот раз, когда капитан запретил мне работать на корабле, но тогда я не решилась его задать.

Морячка резко замолчала и подняла на меня опухшие, но всё ещё вполне человеческие глаза. Но смотрела она не вперёд, а будто в глубины собственной памяти, пытаясь отыскать там ответ.