Книга Где распускается алоцвет, страница 75 – Софья Ролдугина

– А вы не возражаете, если мы пообедаем вместе? Если честно, я с ночи ничего не ел, сорвался сразу сюда. Деловая встреча, ничего личного, не поймите неправильно.

Алька прислушалась к себе и с удивлением поняла, что успела проголодаться.

– Я не против, только забегу домой за кошельком.

– Нет-нет! – решительно поднял руки Дрёма. – Промедления я не выдержу. Раз я приглашаю, то я и угощаю. В противном случае мне будет страшно стыдно… Кстати, я вожу, э-э, немного агрессивно, вас это не пугает?

– После бабушкиного внедорожника меня уже ничего не пугает.

Насчёт агрессивного вождения Дрёма себе определённо польстил. Во-первых, он не нарушал правил, хотя и обгонял бессовестно, и проскакивал между двумя машинами, и на светофор пролетал, когда уже зелёный переключался. Во-вторых, Альку он заставил пристегнуться. В-третьих, он не выругался, даже когда его подрезал какой-то побитый драндулет – только цокнул языком и нахмурился… Алька вспомнила бабушку в такой же ситуации и восхищённо качнула головой, оценив выдержку.

Они приехали к ресторану со скромной вывеской в рыбах и раковинах, буквально кричащей о нескромных ценах. Дрёму тут, впрочем, знали. Он припарковался между двумя столбами с уверенностью, выдающей привычку, распахнул для Альки дверцу, подал руку… И делал это он на автомате, явно погружённый в свои мысли.

«Тоже мне, франт, – подумала она, позабавленная и, надо признать, немного заинтригованная. – Часто сюда ездит, что ли? С девушками? Неплохо живут столичные сыскари…»

Ей хотелось верить, что всё это транжирство – исключительно на щедрое государственное жалованье или за счёт пожертвований от поклонниц. На самый крайний случай – что Дрёма нашёл клад и присвоил.

Если бы вдруг оказалось, что он шикует на гонорар со своего ужасного романа, то она бы ужасно разочаровалась в книгоиздательстве, в себе и во всём мире заодно.

Обычно меню в таких местах читается как малопонятная статья на иностранном языке: бу-бу-бу, тар-тар-тар. Но с этим рестораном повезло: Алька сразу выхватила взглядом нормальные человеческие названия, в них и ткнула, когда к ней обратился официант. Дрёма возился дольше – видимо, пытался понять, чего хочет, но потом сдался и заказал что-то уже знакомое, судя по тому, что выдал целый список скороговоркой. Кофе им принесли почти сразу; потом перед Алькой поставили поджаренный тост с яйцом всмятку, с красной рыбой, творожным сыром и зеленью, а Дрёму морили голодом ещё минут пятнадцать. Сначала она из солидарности ничего не ела, но потом не удержалась и начала подгрызать с краешка.

– Они нарочно, – несчастным голосом шепнул Дрёма, подавшись вперёд. – Надеются, что я закажу ещё кофе, пока изнываю тут.

– Ну и закажите. Может, хоть обед принесут тогда побыстрее.

– Мне, увы, положено только три чашки в день. Больше не выдержит.

– Сердце?

– Столица, – подмигнул он. – Начальство и так считает, что меня слишком много и я везде.

Дрёма похвалялся так бесстыже, что это было даже забавно; Алька не хотела смеяться и поощрять его, но всё же хихикнула. И сразу же на кухне что-то задребезжало, точно упала большая кастрюля.

– Надеюсь, это не мой заказ, – пошутил Дрёма мрачно.

Вскоре еду принесли и ему – крем-суп и тарелку со щупальцами осьминога, обложенными картошкой; Алька к тому времени расправилась с завтраком и приступила к рассказу о том, что произошло ночью – разумеется, оставляя за кадром появление Айти и всё, что за ним последовало.