Книга Приз варвара, страница 58 – Руби Диксон

Поэтому я прячусь, как трусиха, и ненавижу себя за то, что так поступаю. Я хочу быть храброй. Хочу больше всего на свете. Но всякий раз, как подумаю о том, чтобы выйти из этой пещеры и сказать хоть слово, все мое тело застывает от ужаса, и я задыхаюсь.

В итоге я не говорю ничего.

Кстати, Джоси не предъявляет никаких обвинений. Она настоящая подруга. Она выходит к центральному костру и перехватывает для меня что-нибудь на завтрак, раз мне слишком страшно идти и добить самой. Во второй половине дня она ушла вместе с Аехако, чтобы провести оставшуюся часть «состязаний», потому что он хочет с ними покончить — а я получила победителя — дабы сохранить мир в племени.

Я дремлю в своих шкурах, но даже это наводит на меня тоску, потому что они все еще слабо пахнут теплой, пряной кожей Салуха, к тому же меня не отпускают мысли, не разрушила ли я все. Он заявил, что будет за меня сражаться наряду с остальными, но не расстроится ли он, если проиграет? Не взбесятся ли остальные, если он выиграет? А что мне делать, если ему все же не удастся выиграть? У остальных больше семечек, которые Джоси раздавала в качестве призов. Животный ужас, от которого у меня аж живот сводит, только усиливается.

— Тук-тук, — окликает Кайра, прерывая мои самобичевальные мысли. — Могу я войти?

Усевшись в своих шкурах, я поправляю одежду.

— Конечно. Проходи.

Мгновение спустя она входит в пещеру с младенцем на руках.

— Видела, что за Чомпи присматривает за Фарли.

— Ну да. Как всегда. — Это еще одна вещь, из-за чего меня мучает чувство вины, хотя относительно этого вину я чувствую поменьше, поскольку уход за маленьким двисти доставляет Фарли истинное удовольствие.

— Не видела тебя весь день, поэтому решила заглянуть и узнать, как у тебя дела, — ее губы тронула слабая улыбка.

— У меня все ужасно, но спасибо за заботу. — Я встаю, достаю для нее мягкую подушку, на которой ей будет удобно сесть, и кладу ее по другую сторону от костра. — А как у тебя?

— О, я в полном порядке. Немного не высыпаюсь, но в целом хорошо. — Она садится на подушку одним плавным движением и скрещивает ноги, при этом не побеспокоив малыша, спящего у нее на руках. — Но я пришла сюда не о себе говорить.

— Ага, я уже догадалась, — улыбнувшись чуть заметной улыбкой, я сажусь обратно в одеяла. — Аехако сердится?

— Не на тебя. Но он в ярости на затеявших драку мужчин. Ему нравится поддерживать мирную обстановку. — Она стягивает шкурку с округлого личика Каи, задерживая свой взгляд на мне. — Во многом это связано с этими состязаниями.

Терзаемая горечью, я киваю головой. Не могу смириться, что я стала проблемой. Я предпочитаю исчезать из поля зрения, ускользая от внимания. Кажется, что в последнее время у меня это вообще не получается. Однако я не виню Аехако за то, что он вмешался и установил правила. Он не вождь — это Вэктал, пара Джорджи, — но пока мы живем в Южных пещерах, наш лидер он. И то, что взбесить добродушного, улыбающегося Аехако чертовски сложно, означает, что дела обстоят куда хуже, чем я думаю. «Здооорово».

— Если подумать, то состязания, пожалуй, были глупой затеей. Просто мы уже не знали, что делать, чтобы от них избавиться.

— Ну, переспав с другим, похоже, это не решишь.

«Упс».

— Вот спасибо.

— Прости. — Она испускает вздох. — Я тебя не осуждаю, Тифф, правда. Но я никак не могу понять. Зачем заставлять всех их соревноваться за твое внимание, если ты никого из них не хочешь?