Книга Потусторонним вход воспрещён, страница 161 – Екатерина Ландер

Поднялась деятельная суета. Только ничего хорошего она не предвещала.

Первого пропавшего мальчика обнаружили через два часа. Медина стояла в толпе среди учителей и старших воспитанников, сжимая плечи Арчи, но тот не двигался и не уходил, как она ни упрашивала. Хотел убедиться.

Ноябрьская дымка висела над деревьями.

Различив издалека мелькнувшую белым флагом простыню, в которую обернули тело, Медина не выдержала и кинулась прочь. Она долго и старательно умывалась ледяной водой в туалете на первом этаже жилой части, пока голоса снаружи не утихли.

В самых бестактных областных газетах еще долго мусолили новость о появившемся в лесах маньяке. По телевизору сообщали о халатности, допущенной работниками детдома в адрес воспитанника. Ровесники мальчишки шептались о странной игре: пропасть на сутки и спрятаться так, чтобы никто тебя не нашел. Старшие, не скрываясь, обсуждали влияние различных веществ на организм.

Что случилось на самом деле, Медина так и не узнала. Арчи затаскали по допросам, но добились от него немногого: брат уверял, что пропавший мальчик явился к нему во сне и позвал за собой. А после привел на поляну, к яме, засыпанной кучей лапника. Привел к себе.

Спустя месяц пришли кошмары. Медина подскакивала посреди ночи от криков и, спотыкаясь, бежала в другой конец коридора. Брат кричал и метался во сне по кровати, не в силах проснуться. Воспитатели били его по щекам, брызгали в лицо водой, светили фонариком — без толку.

Арчи превратился в бледную тень. Боялся спать. Рассказывал Медине о душах, которые приходят к нему по ночам. О голосах, которые он слышит. Они звали его на Изнанку. Лишь много позже Медина узнала: так впервые дали знать о себе способности сенсора…

«Только не оставляй меня. Хорошо?» — попросил он, серьезно глядя ей в глаза.

«Конечно. Никогда».

Кошмары и бессонные ночи повторялись раз за разом, пока дирекция детского дома не посчитала лучшим решением направить Артура Решетникова, ученика шестого класса, на лечение в психиатрическую клинику.

Позаботиться об одном воспитаннике и обезопасить других.

Говорят, благими намерениями вымощена дорога в Ад…

Когда Арчи забирали, она билась в чьих-то крепких руках и орала, чтобы забрали ее, а брата оставили в покое.

Если безумие — вирус, то оно должно быть заразно.

Потом, уже в НИИ ГИИС, Медине объяснили: когда очень просишь Город что-то тебе дать, он не отказывает…

…Черная вода приходила по ночам. Медленно подбиралась к подоконнику и заползала в комнату. С пугающей бесшумностью заглатывала предметы, подбираясь все выше и выше.

Медина лежала в темноте, не в силах пошевелиться, и ощущала, как тихо колышется рядом с ней вязкая ледяная бездна. И представляла: вот она обволакивает кожу склизким коконом, пробирается внутрь, затекает в глаза, растворяет волосы и ногти, наполняет органы густой болотной жижей. Стирает память и имя, мысли и суть.

С наступлением бледного ноябрьского утра вода нехотя отступала. Но лишь на время. До следующей темноты. Так отступает зверь, заранее зная, что его добыче некуда деться.

Избавления не наступило и позже: ни в наглухо запертой палате клиники, ни в лекарственном полусне, лишающем воли.

Она хорошо помнила — декабрь выдался отвратительный: сырой, сыплющий то мокрым снегом, то колким подмороженным дождем. Медина лежала на кровати, подтянув колени под полупрозрачным подолом ночнушки к груди. И ждала, слушая щедрую россыпь дождя, барабанившего о карниз снаружи зарешеченного окна. Ждала неизвестно чего.