Книга Невеста до гроба, страница 24 – Майя Сотис

— Не хочешь любиться, не будем, — голос у Сона был хрипловатым, словно он говорил редко. А руками продолжал гладить меня, словно так и надо. — Хотя лисята могли бы выйти всем на загляденье. Лисонькины бегают по лесу, очень на тебя похожи, только светленькие.

— Что? — я даже забыла про его руки. К тому же он и впрямь просто гладил меня, будто ему нравился сам процесс, и не пытался поцеловать или прижать ближе.

— Лисонька… моя двоюродная прабабушка?

Мне даже думать не хотелось, сколько лет этому лису, если он, чтоб его бесы катали, «любился» с такой древней старушкой! Но то, что Сон начал рассказывать дальше, поразило меня настолько, что я не отвлеклась бы даже реши он продолжить свои поползновения. У меня просто не могли удержаться в голове разом две такие потрясающие воображения вещи, и лисячьим любовным играм пришлось бы подвинуться. А новость была и впрямь невероятной.

Оказывается, моя прабабушка неспроста была так похожа с моей мамой, хотя они не должны были быть кровными родственницами. Какое счастье, что прабабушка была неродная Флину Первому! Ему и так придётся непросто, когда он поймёт, что его жена… ну… была замужем за его двоюродным прадедом!

Да-да! Моя прекрасная мама дракон, который Флин раздобыл на той охоте, когда Звояр смертельно ранил моего дедушку, была моей же прабабкой. Тоже штормовой ведьмой и драконом. Она обратилась в дракона неожиданно для себя над лесом и упала. В отличие от меня, ей некому было подсказать, и она сильно ударилась. От этого она потеряла память или по другой причине, но прошлая жизнь осталась позади. За ней никто не пришёл, и она годами жила среди лисиц, которые узнали, кем она являлась, спрашивая во сне. Лисицы были совсем не так просты, как мне всегда казалось. Я жалела их, погибающих на охоте. Но оказалось, что в истинном обличии лисы к людям бросались, когда совсем уставали жить. Охота редко приносила трофеи в виде хвостов. Куда чаще в лесу появлялись новые лисята.

— Мы стали звать Лисавету Лесией, чтобы не бередить её память, — теперь я терпеливо сносила массаж шеи. Не только потому, что было приятно. Я впитывала каждую крошку информации. — Она не помнила почти ничего, но категорически не хотела иметь дело с королями и королевской охотой.

— Но отец… — решилась произнести я.

— Он обманул нас, — голос Сона был полон изумления. Ну да, обмануть древних лис — это надо уметь. Я даже немного возгордилась. Мой отец — это нечто. — Его голос убаюкивал, и он убеждал, что не король. И мы отдали нашу девочку. А он стал королём!

— Ну, он не совсем собирался прямо тут же становиться королём, — попыталась я защитить честное имя деспота и тирана. — Там просто в тот же день короля угробили. Всего лишь совпадение!

— Она влюбилась! — Сон произнёс это так, что я замолчала. Мне показалось, что Сон категорически не одобряет это. — И испугалась! Дракон окончательно проснулся.

— А она могла стать хорошенькой лисой, — подтвердила какая-то лисичка. — Но лисам нельзя влюбляться.

— Нельзя, нельзя, нельзя — зашелестели они все.

— А из тебя лисы не получится, — нехотя добавил Сон, наконец оставляя в покое моё и без того изодранное платье. — Ты влюблена. Ты сама не знаешь, но ты влюблена. И твоё сердце было разбито и снова склеилось. Нет, не получится из тебя лисы. Да и дракона пока не получится.