Книга Пропавшая невеста 2, страница 78 – Полина Верховцева

После этого улыбка стекла, уступая место горькому спазму, сковавшему горло.

Она вспоминала те ясные, голубые глаза, которые медленно стекленели, уставившись в небо. И безногого воина. И остальных кому не смогла помочь.

Жутко.

В груди застучало и заболело так сильно, будто еще немного и ребра не выдержат, треснут, сдаваясь под напором надломленного сердца. Доминика не справлялась. Закусив до крови грязный кулак, зажмурилась, ища в себе надежный островок, опору, за которую можно было бы ухватится.

На языке снова появился привкус крови, а боль немного отрезвила, возвращая способность чувствовать. Девушка отняла руку от рта и уставилась на тугую, алую каплю, набухающую на месте прокуса. Поддавшись внезапному порыву, слизала ее, тут же сморщилась и попыталась залечить ранку, но ничего не выходило. Следующая капля напухла и сорвалась вниз по перепачканной коже.

Еще одна вялая попытка и тот же результат. Дар не отзывался…или вообще пропал.

В груди загремело еще сильнее. Забыв о слабости, Доминика подскочила с койки и тотчас за это поплатилась. Ее повело. Так сильно, что она пребольно ударилась коленом о соседнюю койку и неуклюже плюхнулась обратно.

— Да что тебя! — От обиды Доминика горько всхлипнула.

Теперь болела коленка, и снова не получалось справиться с болью.

Она уже была готова разреветься, но тут в адовар бесшумно зашел Дарий, и даже не взглянув в ее сторону, направился к столу. В руках у него была темная, покрытая слоем пыли бутылка. Он зубами вытащил пробку, выставил перед собой два стакана и плеснул в оба. В один — почти до верху, во второй — едва прикрыв дно.

Потом так же молча подошел к Доминике и протянул тот, в котором было меньше.

— Пей. Полегчает.

— Что это? — уныло простонала Доминика. — микстура?

— Да. Самая, что ни на есть целебная.

Трясущимися руками она забрала стакан, хлебнула, залпом проглатывая его содержимое, и тут же закашлялась.

— О, боги, — просипела, пытаясь отдышаться, — это что, драконово пламя?

— Всего лишь настойка с восточного побережья.

— На бешеных ежах?

— На шишках, — усмехнулся он, присаживаясь напротив, — Как самочувствие?

— Нормально, — уныло пожала плечами. — Не считая прокушенной руки и разбитой коленки.

— С чем же не порядок?

— Вот здесь ломит, — приложила руку к груди, — каждый вдох до дрожи.

— Так бывает, девочка. Надо просто пережить.

— Я не справлюсь… уже не справилась. Столько людей погибло из-за меня.

— Из-за тебя? — он удивленно взглянул из-под кустистых бровей, — это ты их разила и рубила на куски?

— Я не смогла вылечить всех.

— Никто бы не смог, слишком большой перевес сил. Благодаря тебе они продержались до подмоги.

— Не все.

Снова вспышкой в голове голубые глаза и кровавые обрубки вместо ног.

— Не все, — согласился он, — это военный лагерь, Доминика, а не увеселительная ярмарка. Здесь рыщет смерть, как бы мы ни старались ее обмануть. Это надо принять, и продолжать делать все, что в наших силах.

— Кажется… — Ника запнулась, нервно провела ладонью по спутанным грязным волосам и подняла на целителя беспомощный взгляд, — у меня не осталось больше сил. Я пустая.

— Ты Высшая. Ваша сила не иссякая никогда. Чем больше отдаете, тем больше их становится. Другое дело, что позавчера ты надсадилась и нужно восстановиться.

— Да нет же, — горячо возразила она, и выставила вперед руку с запекшейся на месте укуса кровью, — я не смогла справиться даже с таким.