Книга Мой кровный враг, страница 112 – Наталья Шнейдер

Впрочем, что там себе думает Алан – его дело. А я буду держаться от него подальше, насколько это возможно в нашей ситуации. Вот только без помощи я в седло не взберусь: чтобы дотянуться ногой до стремени, придется задрать юбку едва ли не до пояса.

– Позвольте, госпожа, – сказал командир солдат, нагнулся, подставив скрещенные ладони. Я, поблагодарив, взялась за луку, оперлась о подставленные руки, а там уже Ричард поймал меня, помогая устроиться. На Алана я не смотрела.

Остальные тем временем тоже взобрались в седла, лошади порысили по дороге. Ричард обнял меня за талию, тронув коня с места. Как и все мужчины знатных родов, он умел сражаться в седле, а, значит, мог править конем без поводьев одними шенкелями. Конь двинулся, я покачнулась – все-таки посадка оказалась не слишком устойчивой – и едва удержалась, чтобы не вцепиться в обнимавшую меня руку.

– Не бойся, – еле слышно проговорил Ричард. – Не уроню. Не настолько я ослаб.

– Вовсе я не боюсь! – вскинулась я, попыталась отодвинуться, но, едва удержав равновесие – ужасно не хватало хотя бы одного стремени – прижалась к нему всем телом, все-таки вцепившись в его предплечье. Запылали щеки, я неловко заерзала, но Ричард держал крепко.

– Что случилось? – так же, едва слышно, спросил он. В низком голосе промелькнули бархатные нотки, от которых по спине пробежали мурашки.

– Ничего. – Меня бросило в жар, хотя, казалось бы, куда сильнее-то? – Можно я пойду пешком?

Это прозвучало так неловко и жалобно, что захотелось провалиться сквозь землю – теперь уже от стыда. Да что такое, чувствую себя как девчонка на первом балу, когда от мужской ладони на талии бросает в дрожь, все слова куда-то теряются, а сердце колотится, кажется, в ушах. Я глубоко вздохнула, попытавшись успокоиться. Получилось так себе.

Ричард ответил не сразу, и я осмелилась повернуться и заглянуть ему в лицо. Взгляд сам собой остановился на его губах. Я заставила себя посмотреть ему в глаза – и замерла, столько в них было… тепла? Нежности?

Нет, не может быть. Я просто придумываю себе невесть что, снова разум шутит, напоминая о мальчишке-Рике, который смотрел на меня точно так же. Поэтому я и не могу ненавидеть его по-настоящему, сколько бы он мне ни лгал.

– Пешком? – Рик… Ричард улыбнулся, и от этой улыбки у меня перехватило дыхание. – Ты в самом деле этого хочешь? Путь неблизкий, а ты устала.

Неужели Алан со своей дурацкой ревностью оказался прав? И почему мне так хочется, чтобы он оказался прав?

– Да. В смысле, нет, не устала. То есть… – Смешавшись окончательно, я снова отвернулась. Щеки горели, сердце неслось вскачь, и совершенно непонятно было, куда девать руки.

– Не знаю, – прошептала я, наконец.

– Тогда у тебя есть время подумать, – в его голосе снова послышалась улыбка.

Нет, не может быть. Я просто выдаю желаемое за действительное. Просто так хочется верить, что в нем осталось что-то человеческое. Верить ему, а не лорду Грею. Хотя какой смысл тому лгать? Вот магистру есть смысл – все же удобней, когда рядом друг, а не враг.

Влюбленная женщина еще удобней. Королева королевой, но до столицы далеко, а я тут, рядом. «Все, что у него есть, он добыл не умом или мечом…». Но ведь я в него не влюблена! И никогда не была, хотя Рик мне нравился, что греха таить. Тогда почему каменеет все тело и хочется плакать при одной мысли о том, что тепло в его взгляде – лишь игра, тонкий расчет? Такая же ложь, как все остальное?