Книга Поцелуй охотника, страница 55 – Вероника Дуглас

Я должна была найти способ помочь ей.

Мы поднялись по винтовой лестнице и, наконец, оказались в изогнутом коридоре. Сарион остановился у большой деревянной двери, расположенной между двумя дверьми поменьше, затем отпер ее и широко распахнул.

— Из всех комнат башни открывается прекрасный вид, но этот тебе должен понравиться.

Я вошла внутрь.

Шестиугольная комната была освещена светом, льющимся через пару больших окон, выходящих на открытый балкон. Кровать с балдахином стояла в центре комнаты, окруженная шестью спиралевидными мраморными колоннами, которые поддерживали куполообразный потолок.

— Тебе все нравится?

— Здесь волшебно, — выдохнула я, медленно обходя кровать.

Цвета хрустальных стен, казалось, смещались и менялись по мере моего движения, как будто сам камень был живым. И, как и везде во дворце, виноградные лозы вились по каменной кладке — безошибочное напоминание о том, что нигде нет свободы от власти королевы.

Это было волшебно, но я кипела внутри и была на пределе своих возможностей. Как только дверь за мной захлопнулась, я повернулась к нему.

— Какой бы элегантной ни была эта комната, моя мать и я находимся в плену намерений королевы. Я влипла в эту историю из-за тебя.

Я дрожала от ярости — из-за нападения на карету, из-за того, что я снова оказалась в ловушке, и из-за всего, что случилось с моей матерью. Я была ошеломлена, и мне было чем заняться.

Сарион побледнел.

— Вулфрик был тем, кто пытался похитить тебя, я просто…

— Вместо этого похитил меня. Ты солгал о природе войны и позволил мне поверить, что опустошение вдоль границы произошло по вине Темного Бога.

Сарион попятился, когда я обогнула край кровати.

— Все это простительно, за исключением того, что ты рассказал королеве о моей матери и ее болезни. Она здесь и под чарами благодаря тебе.

Черты его лица напряглись от сожаления.

— Она была больна, и я боялся, что Темный Бог Волков воспользуется ею как рычагом давления.

— Так что теперь королева может использовать ее вместо него. Тебе не следовало втягивать ее в это.

Он протестующе поднял руки.

— У меня были только самые благие намерения.

Мои клыки и когти выскользнули наружу.

— Благие намерения? Ты собирался убить меня.

— Мне было приказано помочь тебе сбежать. Если бы я обнаружил, что ты помогаешь Темному Богу Волков, я должен был убить тебя. Но я бы этого не сделал. Я бы не смог.

Я сжала кулаки, когти впились в ладони.

— Какие теперь будут приказы? Докладывать обо всем, что я скажу? Запрешь меня в тот момент, когда я переступлю черту?

Сарион отвернулся, черты его лица посуровели.

— Королева уже приказала казнить меня, если с тобой что-то случится. Немедленно.

В тот момент, когда он встретился со мной взглядом, я поняла, что это правда. Мой желудок скрутило, и я почесала свой шрам, который начал зудеть.

— Я думаю, это довольно веская причина, чтобы сохранить мне жизнь.

Сарион подошел к балкону и выглянул наружу.

— Это моя вина. Позволь мне искупить свою вину. Позволь мне быть твоим другом при дворе. Здесь полно гадюк, и нет никого, кому ты могла бы доверять.

— Я могу тебе доверять?

Он положил руку на боковые ножны.

— Простишь ты меня или нет, я буду служить тебе здесь больше всех.

Я остановилась в ногах кровати, ошеломленная намеком.

— Ты понимаешь, что технически это измена твоей королеве.