Книга Земля воров, страница 72 – Карина Халле

Поэтому я решаю вернуть разговор к личным темам. То, как он отмахнулся от вопросов о своем отце, дало мне повод для размышлений.

— Если то, что ты говоришь, правда, — говорю я Торстену, сделав небольшой глоток из своего бокала, — то мне очень интересно, что же случилось с твоим отцом.

Он пристально смотрит на меня, пытаясь запугать. Я смотрю на него в ответ, хотя вижу, что глаза остальных Колбеков мечутся между нами.

Противостояние взглядов заканчивается, когда он стучит ногтем по стенке своего бокала.

— Мой отец живет не здесь, — говорит он. — В доме на окраине Блумфилдса, где о нем заботятся. У него… не все в порядке с головой.

— Он, наверное, довольно стар, — предполагаю я. Торстену должно быть за шестьдесят или семьдесят, а значит, его отцу — как минимум восемьдесят или девяносто.

— По внешнему виду этого не скажешь, — говорит он тихо, возвращая взгляд к черепу дракона. Если бы это могло быть правдой, я бы сказала, что он выглядит расчувствовавшимся.

— Наш дед Олли — живое напоминание об опасности суэна, — говорит Андор, чем вызывает у его отца укоризненный взгляд. — Он принимал его в неограниченных количествах на протяжении многих лет. В те времена, до того, как Штайнер смог его модифицировать, это было слишком много для человеческого организма. Некоторые даже становились зависимыми от него, не зная о долгосрочных последствиях.

Торстен рычит.

— Они были первопроходцами, — говорит он грубо. — Такие люди, как мой отец, рисковали своим здоровьем, чтобы расширить границы возможностей человеческого тела.

И теперь ты держишь его подальше от себя и так, чтобы его никто не видел? Я не могу не думать об этом. Неплохая награда за то, что он был первопроходцем для своей семьи.

— Торговля драконьими яйцами существует не так уж давно, если смотреть на вещи в целом, — продолжает Торстен. — Мой дед начал использовать суэн, когда его свойства стали известны в королевстве и когда в Мидланд впервые отправились воры. До него суэном пользовались только ведьмы и колдуны.

— И ты не боишься закончить так же, как твой отец? — спрашиваю я, понимая, что захожу слишком далеко. — Если суэн принимали неочищенным, пока над ним не поработал Штайнер, то это значит, что только последние пять-десять лет суэн не имеет побочных эффектов. А как же то, что ты принимал раньше?

Как и ожидалось, он бросает на меня резкий взгляд.

— Я видел, во что превратился мой отец. Я могу себя контролировать.

Тем не менее, есть вероятность, что он закончит точно так же. И я вижу, что он этого боится. Он похож на человека, который будет держать бразды правления своей семьей до самого конца, даже если в результате сойдет с ума.

Он приведет их всех к безумию.

Это не твое дело, напоминаю я себе. Тебя здесь не будет, и ты не увидишь гибель Колбеков, потому что, если он не умрет или не произойдет какой-то переворот внутри семьи, он сам приведет их к гибели, а не Далгарды или свогеры. Только он и его собственное эго. И все это будет просто кошмарным сном.

При этой мысли я бросаю взгляд на Андора и обнаруживаю, что он смотрит прямо на меня, отчего по моим венам разливается жар.

Что ж, полагаю, даже в самых страшных кошмарах иногда бывают светлые моменты.

Глава 15

Бринла

— Впереди земля!

Сквозь шум волн, разбивающихся о борта корабля, и стон дерева, качающегося в бурлящем море, доносится голос Тумбса, тихий и далекий.